Там было больше ста человек. На меня произвело впечатление количество явившихся в этот холодный и ненастный день. Какая-то дама принесла флягу с чаем, другая – сэндвичи. Вокруг витал дух товарищества. Незнакомые люди собрались вместе ради одной задачи, единой цели. Те, кто не встречался много месяцев, протягивали друг другу руки, обнимались, обменивались шутками, а потом замолкали, вспомнив, что собрало всех их вместе. И почему они сюда пришли.
Ее мать, отец и брат были окружены полицейскими в форме. Они оглядывались вокруг покрасневшими глазами, как будто она могла волшебным образом возникнуть перед ними. Как будто усилий всех этих людей, собравшихся вместе, было достаточно, чтобы она материализовалась. Я умирал от желания сказать им, что этого не произойдет.
Они надеялись, что она найдется, и в то же время молились, чтобы этого не случилось.
И среди них был я. Тот, кто точно знал, где она находится. Каждый человек, каждый полицейский, каждый член семьи, каждый доброволец, каждый зевака – все они были заняты поисками. А я точно знал, где лежит то, что они ищут. Я с трудом сдерживал улыбку, восхищаясь своим умом. Честное слово.
Но прошло двадцать минут, и я исчез, как только происходящее перестало меня забавлять.
В возбуждении я ждал того момента, когда доберусь до дома и начну. Меня ждало слишком много дел.
Когда я открыл дверь, она почти обрадовалась, увидев меня. Выражение облегчения на ее лице сменилось страхом, потом надеждой, а потом опять страхом. Но я на это не реагировал. Меня больше не интересовало ее лицо. Она была вещью. Моей вещью.
С которой я мог делать все, что захочу.
<p>Глава 66</p>Ким постучала в дверь и стала ждать. За дверью слышался целый хор мужских голосов, доносившийся из комнаты, расположенной по левой стороне здания. А потом их все перекрыл один знакомый голос, хозяин которого двигался по холлу в сторону входной двери.
– Не волнуйтесь, я открою, – произнес этот голос.
Инспектор хорошо знала его и улыбнулась, когда дверь открылась.
– Ким. – Замерший на пороге мужчина выглядел озадаченным.
– Дэвид, – произнесла Стоун в свою очередь. Мужчина стоял не шевелясь и смотрел на нее.
– М-м-м-м, теперь, когда представления закончены, мне можно войти? – спросила инспектор, отвечая ему таким же взглядом.
– Ну конечно, – сказал Дэвид и сделал шаг назад, пропуская ее.
Ее посещение Хардвик-хаус было не столь уж невероятным событием. Со времен того раннего расследования дела Александры Торн она побывала здесь пару раз. В какой-то момент между Ким и Дэвидом даже проскочило некое подобие искры, но она быстро погасла, потому что основную часть времени они проводили, разговаривая о своих обожаемых мотоциклах. И дружеские отношения были лучше для них обоих. Как подметил Брайант, Дэвид Хардвик был слишком хорош для Ким Стоун.
Он руководил частным приютом, в котором размещались мужчины, выпущенные из тюрем, и главной задачей которого было приспособить их к сильно изменившемуся за время их отсутствия миру. В среднем они проводили в приюте около шести месяцев.
