Ким услышала, как ноги, обутые в кроссовки, прошаркали у нее за спиной. Она встала и протянула руку вперед, чтобы дотронуться до щеки Дуги. Тот не отвел взгляда от какой-то точки на потолке комнаты, но на губах у него появилась слабая улыбка. Его ладонь нашла ее щеку. В самом начале Стоун таким образом показала ему, что не представляет для него опасности. Этим жестом там, на берегу канала, она попыталась объяснить ему, что пытается спасти его жизнь. А потом это стало жестом приветствия между ними.
– Ким в… в… в… в порядке? – спросил аутист. Он моргал с каждым произнесенным «в».
– Все хорошо, Дуги, – ответила женщина. – И ты тоже очень хорошо выглядишь.
Аутист закивал – и продолжал кивать, пока не вышел из комнаты. Ким почувствовала приступ привязанности к нему. Этот молодой человек никогда не поймет, насколько он помог ей упрятать Александру Торн за тюремную решетку.
Затем инспектор перевела взгляд на Дэвида, который внимательно слушал то, что ему говорили в трубку. Его хмурое лицо вызвало у нее желудочный спазм. Беседа была слишком долгой для простого подтверждения.
– Спасибо, приятель. Я твой должник, – сказал, наконец, Хардвик и разъединился, после чего добавил, пожимая плечами. – Он проверит и перезвонит.
– Проклятье! – простонала детектив. Ее подозрения становились все сильнее и сильнее.
– Неужели это так плохо, если он уже вышел из тюрьмы, Ким? – поинтересовался Дэвид. – Мы же оба знаем, что тюрьма его просто убила бы.
– Важно, каким образом он из нее вышел, правда? – ответила инспектор, прежде чем произнесла вслух то, что беспокоило их обоих. – И не смогла ли она вновь заполучить его?
Не успела Ким сбросить ботинки, как ее испугал шум у входной двери. Даже Барни поднял голову и уставился на хозяйку в ожидании команды. Обычно единственным человеком, который стучался в ее дверь, был Брайант, но о его появлении ее всегда предупреждало шестое чувство.
Инспектор распахнула дверь – и с удивлением увидела на пороге Джемму.
Стоун понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что происходит, но этого времени хватило, чтобы девочка заметила ее замешательство.
– Вы забыли… – мрачно произнесла она и повернулась, чтобы уйти.
– Нет-нет, просто у меня был непростой день, – заторопилась Ким, вспомнив, наконец, их беседу прошлым вечером. По ее ощущениям, эта беседа состоялась пару недель назад.
– Я как раз собиралась поставить пиццу, – сказала она, увидев, как Джемма отступила еще на один шаг.
Девочка остановилась.
– Ничего такого особенного, – пояснила детектив. Она чувствовала себя ужасно из-за того, что начисто забыла о своем приглашении на обед.
– Просто я никому не хочу доставлять эти гребаные хлопоты, – язвительно заметила ее гостья.
Ким не смогла сдержать улыбки. Она уже хорошо знала этого ребенка.
А еще она знала, что девочку надо хорошо накормить. В принципе для этого ей было бы лучше пойти в какое-нибудь другое место, но инспектор хотела быть уверенной, что хотя бы в эту ночь Джемме не придется рисковать своим здоровьем ради приличной еды.
Барни уселся на пороге кухни. Его хвост был напряжен – он был готов помахать им, но в глазах у него пряталось сомнение.
– Всё в порядке, мальчик, – сказала Ким, когда Джемма вошла вслед за ней.
Пес осторожно приблизился к посетительнице, и та протянула к нему руку.
– Я помню тебя по той ночи, – сказала она, улыбаясь ему.
Барни позволил ей один раз погладить себя по голове и удалился. Если не брать в расчет Стоун, ее питомец предпочитал мужчин. Когда в доме появлялся Брайант, собака не отлипала от него ни на минуту.
– Честно говоря, я не думала, что ты придешь, – пояснила Ким, открывая дверь морозильника.
– Честно говоря, я не очень-то и собиралась, но оказалось, что у меня выдался гребаный свободный вечерок, – отозвалась девочка.
Хозяйке дома хотелось бы, чтобы она не могла процитировать того, что ее гостья скажет в следующий момент. Если не дословно, то уж тон и смысл – совершенно точно.
Инспектор хотела ответить, но в этот момент зазвонил ее телефон. По номеру она поняла, что звонит Дэвид.
– Мне надо ответить, – сказала она, взяв трубку в руки.
– К черту, – буркнула Джемма, вставая.
Ким толкнула коробку с пиццей по барной стойке в ее сторону.
– На сколько и при какой температуре? – спросила она, включая духовку.
– Это что, гребаная шутка такая? – спросила девочка.
– В смысле?
– Вы что, не знаете, как готовить эту гребаную пиццу?
– Так же, как и все остальное, – Ким пожала плечами. – Засунуть ее на среднюю полку и достать, когда она станет коричневой… ну или как-то еще изменит цвет, – предположила она, нажимая кнопку на телефоне. – Как дела? – произнесла Стоун в трубку вместо приветствия.
– Лео вышел, – сказал ее друг без всякой преамбулы.
Инспектор прикрыла глаза. Она так и думала.
– На каком основании?
– Пересмотр дела в связи со вновь открывшимися обстоятельствами.
– Что за обстоятельства? – уточнила Ким, глядя на Джемму, которая старалась не слушать разговор, который не могла не услышать.
