– Здравствуй Сол! – голос Рэндольфа приятный задорный и по-женски мелодичный, он крепко обнял Соломона, хотя Соломон на объятья никак не отреагировал. – Мне приятно видеть тебя здесь!
У Павла перехватило дыхание. Кем бы ни был этот Рэндольф, но красота у него внеземная. Столь красивого человека Павел не видел никогда.
– И я тебе рад, – ответил Соломон, хотя в голосе у него радости не слышится.
Рэндольф не спешит выпускать Соломона из объятий, так и стоит, прижавшись к нему, вцепившись руками в его плечи. Подобная близость заметно не нравится тому молодому ведьмаку, что стоит в стороне и с недовольством наблюдает за этими объятьями.
– Скажи мне Рэндольф… – начал Соломон.
– Нет, не зови меня так. Ты знаешь, я этого не люблю.
– Прости… Рэн.
– Нет, не прощаю. Ты полтора месяца назад нагрянул на мою территорию без разрешенья! Лобового другого я бы на куски… мне захотелось уладить это недоразумение, но ты проигнорировал два моих приглашения. Ты обнаглел Сол!
– Прости.
– Нет! Ты опозорил меня!
– Прости меня, – прошептал Соломон. – Я же не со злым умыслом это сделал. И я не хотел поставить тебя в неудобное положение. Прости мою оплошность.
Соломон, мягко высвободился из объятий Рэндольфа и посмотрел тому прямо в глаза. Рэндольф дважды отвёл свой возмущённый взгляд, но всё же смягчился.
– Прощаю. Я же не могу на тебя долго злиться, – усталым голосом ответил Рэндольф, а затем досадно вздохнул. – Но поводов для злости ты мне всегда предоставляешь с избытком.
Соломон отступил на шаг.
– Почему ты не приехал ко мне? – спросил Рэндольф, поправляя свой рукав.
– Был занят.
– Чем или кем?
– Не начинай.
– Она красивая? Хорошо вам было вдвоём?
– Хватит Рэн.
– Просто я не пойму, откуда такое отношение? Мне всегда казалось, что я не из тех людей про кого можно забыть.
– Я действительно, был очень занят.
– Понятно, ты был занят. Ах… занят настолько, что мной решил пренебречь.
– Неправда.
– Как скажешь. Пусть каждый останется при своём, – Рэндольф отвел взгляд от своего рукава и вдруг посмотрел на Павла, отчего мальчик засмущался.
– А это твой наследник? – глаза Рэндольфа неописуемо красивы, но вместе с тем холодны и жестоки. От его взгляда у Павла всё сжалось внутри.
– Здравствуйте, я Павел, – с усилием выдавил из себя мальчик.
– Какой хорошенький, – рука Рэндольфа ласково скользнула по его голове. – Я так понимаю ты впервые здесь? В галерею уже заходили?
– Нет, – ответил за него Соломон. – Но спасибо, что напомнил про неё.
– Пожалуйста. А теперь простите, но меня ждут, – Рэндольф прелестно улыбнулся, развернулся и ушёл.
– Его приветливость и любезности… – начал Паша, когда Рэндольф оказался далеко от них.
– Ненастоящие, – подхватил Соломон. – Это маска. Люди так делают, чтобы скрыть свои истинные чувства от других людей.
– Мне показалось, что в нём много злобы.
– Очень точное замечание. Как ты сам заметил от настоящей женщины его трудно отличить, вот только это не его выбор. К моему сожалению, дети нередко становятся игрушками в руках взрослых и всю жизнь из-за этого страдают. Рэндольф яркий тому пример.
«А Соломон тоже носит маску? – задумался мальчик. – Что он скрывает за этим невозмутимым спокойствием и ледяным взглядом?»
Павел последний раз посмотрел на Рэндольфа. Тот мило, но без энтузиазма беседует с тем самым молодым ведьмаком.
«Хоть он и по-женски красив, – мысленно рассудил Павел, – но всё же он не красивее той темноволосой девушки».
Часть гостей уже покинула зал, но новые волны продолжают прибывать в бесчисленном количестве. Павел остановился, вытянул шею. Одна группа людей в масках (несомненно, азиатского происхождения) разительно выделяется на общем фоне. Во главе этой группы вышагивает высокий широкоплечий мужчина с азиатской внешностью, облачённый в чёрное кимоно. Выше пояса кимоно распахнуто и демонстрирует его мускулистую фигуру и немного смуглую кожу; в правой руке, на которой блестит тонкий серебряный браслет, мужчина держит металлический посох; левую руку он держит у живота под кимоно. Волосы его чёрны как уголь и связанны сзади. Суровые изгибы густых бровей предают ему агрессивный, даже немного рассерженный вид. Выглядит мужчина более чем внушительно. Он уже немолод, но ещё и не стар, лет за пятьдесят или около того. Павел не сразу заметил главного: на нём тоже висит гербовый плащ.
– Его прозвище Рюу, – Соломон предвосхитил вопрос мальчика. – Да, он ведьмак. Азиатскую внешность он придаёт себе с помощью иллюзорных чар, а в действительности он не азиат. Среди ведьмаков подобное не приветствуется и даже порицается, но он чудовищно силён и потому никто не смеет высказать ему прямо в лицо своё недовольство, а за спиной каждый храбрец. И да он единственный кто позволяет себе подобное. Ведьмаки не отличаются терпимостью к таким моментам, потому ты и по сей день не увидишь в этих стенах даже ведьмаков-наследников иной расы. Каждый ведьмак рождается со схожими внешними чертами, с одинаковым цветом кожи и одинаковой расы. Ведьмаки видят в этом доказательство своего превосходства над остальными и предпочитают, чтобы так всё и оставалось.
