— Нет сэр. Я буду снимать на оборудовании Panavision. Вернее с его объективами. Но в стандарте Todd-AO. Да вы не можете не знать. Мой партнер закупила гору оборудования от этой фирмы.
— Знаю. Конечно знаю. Но наше то лучше? Да и слишком дорого снимать на пленку в семьдесят миллиметров шириной.
— К сожалению вынужден отказать. Отзывы актеров и режиссеров о системе Auto Panatar самые восторженные. А насчет дорого я вам отвечу так. На ближайшие десять лет выбора кроме Todd-AO нет и не будет.
А сам думаю.
— Формат IMAX мой. И никакой канадский Мультискрин меня не обгонит. У меня шесть лет в запасе. Даже СССР придется отдать за лицензию 200 миллионов долларов и для скорейшего переоборудования кинотеатров хотя бы в столицах республик, СССР купит готовое оборудование на сумму в пятьдесят миллионов долларов. IMAX, с 1970 и по конец двадцатого века станет стандартом де факто для ВСЕХ студий мира. Такой жирный кусок проносить мимо рта это глупость полнейшая.
— Ну ок. Нет значит нет. Назови цену.
Цену ему⁈ Денег то мне не надо. А вот прямо сейчас, в 20th Century Fox идет мощный конфликт. Дэрилл Занук против Скураса Спираса. Занук победит в 1963 году, а Спираса, за убытки компании оцениваемые в семьдесят девять миллионов долларов, просто пнут. Акционеры и инвесторы будут сильно не довольны. Ну это так, дела будущего. А вот что мне взять с компании прямо сейчас? Покрутив варианты, я так ничего не придумал.
— Ну хорошо. Я готов отдать лицензию но пока что не знаю что с вас взять.
Дядька ржанул.
— Откровенно. А просто деньгами?
Нет. Деньги есть и денег много. Надо что то такое, глобальное. Я подумаю а пока присылайте свору юристов и мы оформим рамочное соглашение и протокол намерений. Вы сможете начать пользоваться моей лицензией, а я начну вникать в подковерные игрища в Голливуде. После чего я определюсь с ценой на мою лицензию.
Спирас задумался.
— А если в цене не сойдемся?
— Ну, жареных младенцев и ведро крови девственниц мне точно не нужно, а все остальное это просто деньги или кусочек власти. Мы договоримся, мистер Спирас. Единственно что я попрошу и этот момент даже обсуждаться не будет. Половина процента от проката всех клипов снятых под мою лицензию. Ну и к этому пункту…? Я пока не знаю.
Дядька заржал и я услышал хлопок по столу.
— Окей парень. Жди свору адвокатов в Монтане. И полпроцента это не много. Я согласен.
Хмыкаю. Дядя пока что не понимает что такое клип, и дядя даже не представляет какие это дичайшие деньги. Двадцать семь лет я буду иметь свои центики с каждого клипа. Почему? Потому что, дядя создает ПРЕЦЕДЕНТ. А право в США оно наследуемое. А значит, весь мир возьмет за базовую основу договор который я подпишу с 20th Century Fox. И уже никто и никогда не сможет изменить мои полпроцента от проката. За двадцать семь лет мне в карман накапает пару Тихих океанов денег. Но сказал я другое.
— Бешеных собак у нас пристреливают, мистер Спирас.
— Я тебя понял парень. Договорились. И вот еще что. Мне бы услышать Мэрилин. Это возможно?
— Ээ? Ну хорошо, прогуляюсь до гостиной, женщины все там были, смотрели телевизор.
— Да. Это очень любезно с твоей стороны.
— Придется подождать.
— Ничего. Задница в кресле а рука привычная.
— Ждите.
Кладу трубку и прижав палец к губам встаю и топаю в сторону двери. Хлопок дверью и затем я аккуратно открываю дверь и зову Мэрелин. Она снимает домашние тапочки и на цыпочках выскальзывает из кабинета. Стоим в коридоре и шепчемся как заговорщики.
— Поздравляю Стив.
Монро улыбается.
— Это с чем?
— Тебя признали равным и именно с тобой и будет заключен договор. Это прорыв. Поверь мне. После подписания бумаг произойдет прорыв и к тебе кинутся с договорами сотни продюсеров.
— Ээ. Ну да. Скорее всего так и будет.
— Я не ошибаюсь.
— Ок. Дай бог. Поговоришь с крокодилом?
Мэрилин прыснула.
— Угадал. Настоящий аллигатор. Поговорю. Он большой крокодил в голливудском болоте.
— Ну пошли тогда, заходим и громко топаем ногами.
— Малыш? Я артистка кино а тут простейшая радиопостановка. Я справлюсь.
— Пошли.
— Возьмем паузу. Две минуты.
— Оо? Действительно. Тогда пошли глянем что по телеку наши дамы смотрят. Вдруг спросит?
— Вау⁈ А ты врун не из последних.
Мэрилин хихикнула и мы тихо просочились в гостиную. На экране шел выпуск новостей, и почему то почти весь выпуск был посвящен нашей вчерашней пресс-конференцией. Других новостей что ли нет? И мы прилипли к экрану. Ну вот очень интересно.
