Магнус конунг созвал ополчение со всей Норвегии, и к нему собралось большое войско. Он слышал, что Харальд и Свейн пришли в Данию, все там пожгли, и население страны повсюду покорилось им. Рассказывали также, что Харальд – человек роста и силы не чета прочим, и так умен, что нет для него ничего невозможного, всякий раз достается ему победа, когда он сражается, а золотом так богат, что ни один человек не видывал подобного. Тьодольв говорит:
Струги, что под брегом
Встали – в страхе люди –
Прочного пням вепрей
Строп [401] не прочат мира.
Харальд с юга, Магнус
C севера, до смертных
Сеч охочи, коней
Вод в поход готовят.
XXI
Советники Магнуса конунга говорят, что, как им кажется, плохо будет дело, если родичи Харальд и Магнус станут смертельными врагами. Многие предлагали поехать и достигнуть соглашения между ними, и конунг согласился на их уговоры. Снарядили тогда быстроходный корабль и спешно отплыли на юг в Данию. Для этого посольства к Харальду были выбраны датчане, верные друзья Магнуса конунга. Это дело держали в большой тайне. Когда же Харальд услышал, что сородич его Магнус конунг предлагает ему примирение и дружбу и хочет, чтобы Харальд поделил Норвегию с ним пополам, а также, чтобы они поделились поровну своими богатствами, он согласился на это, и гонцы поехали назад к Магнусу конунгу.
XXII
Немного спустя случилось как‑то вечером, что Харальд и Свейн беседовали за питьем. Свейн спросил, какое из сокровищ Харальда тому всего дороже. Тот отвечает: его стяг Опустошитель Страны. Тогда Свейн спросил, что делает его таким ценным сокровищем. Харальд говорит, что, как было предсказано, тому достанется победа, перед кем понесут этот стяг, и так это и было с тех пор, как он у него. Свейн отвечает:
– Я тогда поверю, что таково свойство стяга, когда ты дашь три сражения своему сородичу Магнусу конунгу и одержишь во всех них победу.
Тогда Харальд говорит сердито:
– Я знаю о своем родстве с Магнусом, даже если б ты и не напомнил мне о нем. Но даже если мы сейчас с ним враги, это не значит, что мы не можем встретиться с ним и как друзья.
Свейн изменился в лице и сказал:
– Кое‑кто говорит, что ты соблюдаешь только ту часть соглашения, из которой, как тебе кажется, ты способен извлечь выгоду.
Харальд отвечает:
– Ты знаешь меньше случаев, когда я не соблюдал соглашений, чем я знаю случаев, когда Магнус конунг мог бы сказать, что ты соблюдал соглашения с ним.
На этом они расстались. Вечером, когда Харальд пошел спать на корму своего корабля, он сказал своему слуге:
– Я не лягу сегодня ночью в свою постель, потому что у меня есть предчувствие – дело не обойдется без предательства. Я заметил сегодня вечером, что свояк мой Свейн очень рассердился на мои откровенные речи. Сторожи, не случится ли чего здесь ночью.
Харальд пошел спать на другое место, а на свою постель положил бревно. Ночью к корме корабля подплыла лодка, какой‑то человек взобрался на борт, распахнул шатер на корме и подошел к постели Харальда и ударил большой секирой, так что та прочно застряла в дереве. Затем этот человек спрыгнул в лодку, а была кромешная тьма, и уплыл прочь, но секира осталась свидетельством – она прочно засела в дереве. Тогда Харальд разбудил своих людей и показал им, какое предательство против них было совершено.
– Мы можем видеть из этого, – говорит он, – что нет нам поддержки от Свейна, раз он замыслил против нас измену. Лучше всего убраться отсюда, пока есть возможность. Отвяжем‑ка наши корабли и тихонько уплывем.
Так они и сделали, уплыли ночью на север, держась берега, и плыли днем и ночью, пока не встретили Магнуса конунга в том месте, где он находился со своими кораблями. Тогда Харальд встретился со своим сородичем Магнусом, и была то радостная встреча, как говорит Тьодольв:
В датский край на стройном
Корабле – летели,
Вал взрывая, кони
Киля – плыл властитель,
Полдержавы – дружбу
Родичи на сходе
Скрепили – вскоре отпрыск
Олавов [402] вам отдал.
После этого сородичи беседовали между собой, и все происходило самым мирным образом.
XXIII
Корабли Магнуса конунга стояли на якоре, а шатры были разбиты на берегу. Он пригласил своего сородича Харальда к своему столу, и Харальд отправился на пир вместе с шестью десятками людей. Пир шел горой. А к концу дня Магнус конунг пошел в шатер, где сидел Харальд. С ним шли люди, неся поклажу, то были оружие и одежды. Конунг подошел к людям, сидевшим с краю стола, и дал им хорошие мечи, а иным щиты, одежды или оружие либо золото, и те, кто был знатнее, получали более ценные подарки. Потом он подошел к своему сородичу Харальду, держа в руке два камышовых стебля, и сказал так:
– Какой из стеблей желаешь взять?
Харальд отвечает:
– Тот, что ближе ко мне.
Тут Магнус конунг сказал:
