– Она затевает что-то не очень законное,– Отто минутой позже, переведя дух,– будьте начеку. Я не знаю что с ней делать.
– Бедный мальчик,– улыбается девушка.
– О,– грит Отто.
Слотроп оставляет их, всегда рад видеть, что молодые люди симпатизируют друг другу, и присоединяется к фон Гёлю и Нэришу на корме. Фрау Гнаб сделала, уваливая, поворот овештаг к северо-западу. Вскоре она идут вдоль береговой линии по бело-полосованной соле-пахучей Балтике.
– Ну. И куда мы теперь, корешки?– хочет знать повеселевший Слотроп.
Нэриш молча вылупился: «Это остров Юзедом»,– поясняет фон Гёль, мягко: «С одной стороны он омывается Балтийским морем. Кроме того он ограничен двумя реками. Они называются Свин и Пене. Мы вышли из реки Свин. Мы были в Свинемюнде. Свинемюнде означает ‘устье реки Свин’».
– Ладно. Ладно.
– Мы направляемся вокруг острова Юзедом в место являющееся устьем реки Пене.
– Попробую угадать… значит то место будет называться Перемюнде, верно?
– Очень хорошо.
– Ну и?– Следует пауза.– О. О,
Нэриш, оказывается, работал там. Теперь в состоянии составить некую идею о Русских оккупантах там.
– Ещё там была фабрика производства жидкого кислорода, на которую я положил глаз, заодно,– Шпрингер и сам уже сбавил ходульность,– Я собирался запустить производство—мы всё ещё прощупываем насчёт той в Фолькенроде, в бывшем Институте Геринга.
– Есть ещё куча ЖК генераторов вокруг Нордхаузен,– Слотроп старается быть полезным.
– Благодарю. Они отошли Русским, если помните. В том-то и проблема: не будь это столь вопреки Природе, я бы сказал, что они не знают чего хотят. Дороги на восток забиты день и ночь грузовиками Русских, битком с матчастью. Добычей любого сорта. Но без чёткой упорядоченности пока что, кроме обдирай-и-отправляй-додому.
– Охренеть,– Слотроп-умница на это,– как по-вашему, они нашли уже тот S-Ger"at, а, мистер фон Гёль?
– А, умно,– сияет этот Шпрингер.
– Он человек от ОСС,– стонет Нэриш,– говорю тебе, надо от него избавиться.
– S-Ger"at идёт нынче за lb10,000, половину вперёд. Интересуетесь?
– Не-а. Но я точно слыхал в Нордхаузене, что он у вас.
– Неверный слух.
– Герхардт—
– Он в порядке, Клаус.– Взгляд, с которым Слотроп уже сталкивался, так продавец автомобилей сигналит своим напарникам
– Блядь. Опять он? Этот среагирует, будьте уверены.
– Ну вот это мы и хотим узнать сегодня в Пенемюнде.
– Ё-моё,– и Слотроп пересказывает о поимке в Потсдаме, и что, по мнению Гели, Чичерина интересует не столько запчасти Ракеты, как расправа с Оберстом Тирличым. Если это как-то зацепило двух чёрнорыночников, виду они не подали.
Разговор перетёк на что-то типа тех вольных, многоимённых пересказов, которыми мать Слотропа Нэйлин любила занять себя во второй половине дня—Хелен Трент, Стелла Даллас, Мэри, Благородная Жена за Кулисами...
– Чичерин сложный человек. Это почти как если… он думает, что Тирлич как бы… другая
Нэриш: Ты считаешь тут может быть какая-то… какая-то
Фон Гёль: (покачивая головой) Я просто не знаю, Клаус. После того случая в Центральной Азии—
Нэриш: Ты имеешь ввиду—
Фон Гёль: Да. Киргизский свет. Знаешь. Забавно, что он никогда
Нэриш: Никто из
Фон Гёль: Малышка Гели Трипинг. Та, что считает себя ведьмой.
Нэриш: Но ты действительно думаешь, что она пойдёт на этот—этот её план, заполучить Чичерина?
Фон Гёль: Я думаю…
Нэриш: Но Герхардт, она же его любит.
Фон Гёль: Он не устраивал свиданий с ней, не так ли?
Нэриш: Ты же не хочешь сказать, будто—
– Слышь,– взборматывает Слотроп,– что за околёсицу вы тут
– Паранойя,– Шпрингер огрызается досадливо (как люди огрызаются, когда их отрывают от увлекательной игры).– Тебе этого не понять.
– Ну ызвиняюсь, надо отойти проблеваться,– классычная реплыка среди чарующей школы лохов, типа этого Тактичного Тайрона тут у нас, и довольно-таки продвинутый способ для суши, но только не тут, где Балтика не даст не укачаться до тошноты. Шимпы хором блюют накрывшись брезентом. Слотроп присоединяется у поручня к жалкой участи музыкантов и девушек-хористок. Они инструктируют его о тонкостях занятия типа не блевать против ветра и выбирать момент, когда корабль качнёт поближе к морю, Фрау Гнаб выражает надежду, что никто не заблюёт её корабль, с ледяной улыбкой д-ра Мабуса в особенно удачный из его дней. Её слышно из рулевой рубки теперь, где она воет свой морской напев: «"O"o"o"o"o"o»,– подпевает Слотроп за борт.