– Сколько я здесь нахожусь? – Слегка невнятно спросила Аврора, с надеждой глядя на врача.
– Бедная девочка… – Вдруг произнесла полная женщина, оторвавшись от своих записей и с сочувствием глядя на Аврору. – Ты совсем ничего не помнишь? Три года назад ты повредила голову. Никто уже почти не верил, что ты выйдешь из комы, но я продолжала в тебя верить.
– Ты уже почти легенда в нашей больнице. Три года комы, почти рекорд. – Скрестив руки на груди, произнес врач. – Это просто чудо, что ты, наконец, пришла в себя.
– А где… Что с моим папой и бабушкой? – Почти шепотом спросила Аврора. Главный врач потупил взгляд, а женщина сделала жалостливое выражение лица.
– Дорогая… – Осторожно начала говорить женщина-врач. – Они переехали в другую страну почти сразу после того, как ты попала сюда. Они приходили попрощаться с тобой в прошлом году. Мне очень жаль. – После этих слов врач недовольно посмотрел на женщину.
Аврора задохнулась от боли. Ее пульс участился.
– Тебе нельзя волноваться сейчас. Дыши.
На глаза Авроры накатили слезы, и больше она ничего не помнила, лишь соленый привкус на губах, мерное пиканье рядом и голос врача, доносившийся до сознания словно бы через ватную прослойку.
Наутро девушка проснулась разбитой. Голова болела, а медленно возвращавшиеся воспоминания саднили и без того израненное сердце. За окном стонал ветер, а мир был таким белым и чистым, что, казалось, жизнь должна продолжаться, но вот на каком моменте она остановилась – Аврора не помнила… Прошло три года. Она не могла поверить в это. Несколько дней назад она шестнадцатилетней девчонкой ходила на занятия, вырезала из дерева китов и ждала лучшего путешествия в своей жизни. Хоть Аврора и впала в кому, но жизнь свой бег не остановила, и, кажется, даже ускорила. Она медленно вдохнула, ощутив свободу от трубочек, мешавших возле носа. К ее руке от высокой стойки тянулся прозрачный шнурок с капельницей. Девочка закрыла глаза… Грудь сдавили слезы. Неужели она провела свою юность в одиночестве, ругаясь с бабушкой? Как же она сейчас скучала по ней. Какой абсурд! Не по бабушке, а по матери она скучала, так это было знакомо: родные глаза и голос, поддержка. Как ей хотелось, чтобы мама сейчас погладила ее по голове, сказала что-то ободряющее. Казалось бы, вчера была рядом хоть бабушка, а сегодня ее уже нет рядом. Но куда же они уехали? Аврора помнила разговоры между делом, небрежно брошенные слова о переезде, но ничего решительно серьезного в них не было. Как и не было в них самой Авроры. Кто же знал, что тот день стал последним, а Аврора даже ничего не сказала им. Не успела попросить прощения за все слова, сказанные сгоряча. Наверняка они думали, что Аврора погибла. Вдруг девочка с ужасом осознала, что не может вспомнить лица бабушки. Помнит волосы, прическу, телосложение, а вместо лица просто пустота. Аврора судорожно вдохнула воздух, шмыгнув носом. Она помнила колючую щетину отца, его голубые глаза, самые смешные на свете шутки. Прошло много лет, и что стало с Элей, она боялась даже предположить. Аврора ощутила острое желание вернуться домой, которого не ощущала никогда в жизни, после ухода матери. Она медленно приподнялась на кровати, отозвавшейся скрипом. В палате было темно и холодно.
– Аврора? Ты уже проснулась? – В дверном проеме показалась молодая медсестра в розовом халате. – Не вставай сама ни в коем случае. Я сейчас позову врача.
– Нет… – Девушка спустила босые ноги с кровати, ощутив ледяной пол. – Мне нужно домой.
– Что? – Опешила сестра. – Но тебя еще не выписывали… – Медсестра растерянно замерла, глядя, как Аврора пытается подняться. – Оставайся тут! – С этими словами она убежала в коридор, отчаянно крича Георгия Платоновича.
Аврора вдохнула полные легкие воздуха. Встав на ноги, она тут же почувствовала боль в мышцах. Дрожащими руками она взялась за стойку капельницы, опершись на нее. Шаги давались с трудом. Вдруг, она услышала будто бы перезвон хрустальных колокольчиков, но решила, что бредит после лекарств. Выйдя из палаты, она медленно пошла по коридору, не зная, куда. Проходя мимо большого зеркала на стене, Аврора взглянула в свое отражение, ужаснувшись. Под ее глазами пролегли темные круги, а золотые волосы отрасли и утратили блеск, свисая спутанными прядями до колен. Позади нее в зеркальном отражении пролетело что-то крохотное и сияющее, оставляя за собой мерцающий след. Действие лекарств ли это, или же это был сон – она не могла знать, но, о, как же ей хотелось сейчас провалиться, уснуть и не проснуться вновь. Сморгнув слезы, Аврора судорожно вздохнула. Она отвела взгляд от своей исхудавшей бледной фигуры, продолжив идти. Отчего-то коридоры больницы пустовали, но, возможно, врачи были на какой-нибудь планерке, так она про себя и решила.
– Аврора!
Все, кроме одного. Она обернулась. К ней стремительно шагал Георгий Платонович.
– Аврора, немедленно вернись в свою палату.
– Мне нужно домой. – Неожиданно твердо ответила она.
– Ты едва на ногах стоишь. – Врач покачал головой. – Тебе бы еще полежать под присмотром врачей.
