Посланник заявил, что вопрос о русской армии целиком не зависит от Пашича, он-де не самостоятелен, ему мешают министры-демократы, которых он должен обработать до обсуждения дела в Совете министров. Поэтому Пашич не может пока принять Шатилова. Шатилов обратил внимание Штрамдтмана на то, что прошло 5 дней после подачи через Пашича письма Врангеля Александру, на которое нет ответа, просил обратиться с просьбой о срочном приеме. С целью ускорения событий на следующий день он нанес визит в секретариат в сопровождении «необычайно осторожного Василия Николаевича» (как он называет посланника), однако еще два дня не дали ответа. Шатилов предложил обратиться к Пашичу от своего имени с письмом: его ожидание затянулось, он обязан вернуться к армии, которая встретит его без положительного ответа не лучшим образом — он опасается взрыва негодования. Штрандтман уступил, взяв обещание, что тон обращения не будет «очень горячим». Шатилов обещал дать письмо на просмотр. Утром письмо было отправлено, вечером получен ответ: 14 апреля Шатилов будет принят Пашичем. Была заготовлена справка о военных лагерях, решено просить принять 15 тысяч на работы и 10 в пограничную стражу. Встреча состоялась в министерстве иностранных дел, где помещается кабинет председателя правительства. Шатилов казался растерянным. («Мне стало страшно, — сказал он позже. — Как грубый старик сможет понять нас, нашу идеологию, стремление сохранить армию и понять ее значение? Как управление государством в сложный период поручено такому старику?») Беседа продолжалась час. Пашич достаточно хорошо говорил по-русски. Шатилов просил скорейшего ответа на вопросы главнокомандующего — Пашич таких ответов давать не хотел. Шатилов настаивал. После долгах споров Пашич обещал на ближайшем заседании Совета министров провести вопрос о принятии на работы первой партии русских в количестве 5 тысяч человек и еще нескольких тысяч — в пограничную стражу. Что касается дальнейших контингентов, Пашич считает необходимым приискать в будущем соответствующие работы, каковые в настоящее время еще не производятся». Шатилов спросил; даст ли правительство приют армии и ее командованию на территории Королевства, если мы изыщем средства для ее содержания? Пашин ответил «да».
