Уволиться из минморфлота я решил сразу же после того, как получил гонорар. Семьдесят пять тысяч – это, по советским меркам, немыслимые деньги! Средняя зарплата в СССР в текущем году, вроде как, должна составить чуть больше двухсот пятидесяти рублей. И это с учётом уже разгоняющейся инфляции… Зарплата Горбачёва если я правильно помнил, пока что составляет рублей восемьсот. То есть в год он должен получать немного меньше десяти тысяч. То есть я, одним махом, получил почти восемь годовых зарплат «директора СССР»! Ну какой начальник способен это выдержать? Так что я решил не дразнить волков и уйти…И хотя я знал, что СССР осталось жить всего два с небольшим года – а после его развала деньги начнут стремительно превращаться в «фантики», время на то, чтобы их потратить с толком, ещё есть. И планы на них – тоже! Тем более, что неумолимо накатывающих девяностых я не боялся. Не с теми стартовыми позициями, что у меня сейчас были… Ибо даже после того, как страна рухнет, и деньги начнут стремительно дешеветь, для себя я особенных проблем не предвидел. К тому моменту я должен окончательно укрепить свои позиции как самый раскрученный и популярный из молодых фантастов, поскольку я потихоньку начал возвращать свой старый стиль, который здесь и сейчас смотрелся этаким «американским» – то есть практически без коммунистической идеологии, с не очень большим количеством всяких пространных отступлений, зато весьма динамичный и с изрядной долей юмора. Этот стиль будет дико популярен в следующее десятилетие. Так что заработки у меня будут. Ну, учитывая, что фантастику, как жанр, ждали впереди весьма обильные десятилетия. Достаточно вспомнить, что от трети до половины всех книг, продаваемых на самой большой оптово-розничной книготорговой площадки девяностых – книжном рынке в спорткомплексе Олимпийском, обороты которого достигали десятков миллионов в день, были фантастикой. Да, в начале девяностых народ в первую очередь накинется на американскую и вообще западную фантастику, но пример моего старого друга – Василия Головачёва, показывал, что наши авторы вполне способны удержаться «в топе» и в это нелегкое время. Да и многие из весьма популярных авторов начали именно тогда. Первые романы Пелевина и Лукьяненко вышли как раз в девяносто втором. А чуть позже русская фантастика на какое-то время вообще почти вытеснит с рынка и американцев, и англичан, и французов, чьи тиражи по сравнению с нашими авторами в некоторые года составляли жалкие проценты. Ну ладно, пусть десяток-полтора процентов… Так что в будущее я смотрел вполне уверенно. Пробьемся!
Когда я добежал до нашей квартиры, Алёнка уже вернулась из школы. Я разулся, чмокнул её в лоб, помыл руки и прошёл на кухню. На кухне на столе стоял букет из трёх десятков роз. Я нахмурился.
- Опять?
Она виновато посмотрела на меня и, вздохнув, опустила глаза. Я зло дёрнул щекой. Вот ведь привязался… Салгомаев со своим кавказским темпераментом оказался неугомонным.
