Всё началось ещё во время новоселья. Он весь вечер не отрывал взгляд от моей жены, при каждом удобном случае рассыпаясь в комплиментах. Причём, со стороны это выглядело настолько вызывающе, что Вагифов, при прощании, даже потихоньку извинился передо мной. Но, к сожалению, на этом всё не закончилось. Сначала нам на квартиру начали доставлять букеты роз. Каждый день. В Москве. Зимой восемьдесят восьмого-девятого годов, когда полки магазинов в стране стремительно пустели. То есть не просто качественный товар заменялся на низкокачественный или, там, вроде как стандартные упаковки товаров худели с литра до девятисот миллилитров или с килограмма до восьмисот граммов, а товары просто исчезали с полок. Совсем. Оставляя после себя либо широко расставленные трёхлитровые банки с березовым соком, либо просто девственную пустоту витрин и холодильных ларей, аккуратно протёртых тряпочкой. Последние даже не подключали. Незачем… И в этих условиях для моей Алёнки каждый день доставляли роскошные букеты. А я довольно долго не имел возможности ничего этому противопоставить. Потому что наш проект с издательством только входил в начальную фазу, и денег у нас не было катастрофически. Да мы в этот момент даже талоны на сахар полностью не могли отоварить! Только на еду… Когда я, не выдержав, спустил с лестницы водителя, притащившего очередной букет, таскать их к нам домой перестали. Зато принялись делать это Алёнке на работу. Причём, несколько раз Салгомаев сделал это самолично, заехав в школу и, попутно, очаровав директрису с завучами. Так что даже если моя жена отказывалась принимать букеты из рук водителя, они всё равно оказывались на её столе в преподавательской. Более того, похоже, некие «старшие товарищи» начали капать ей на мозги. Ну типа: «Не будь дурой – такой человек за тобой ухаживает! Что там твой писателёк – фантастишку пописывает, а денег нет. Видели же как ты последние копейки в кошельке выуживаешь!» Она мне об этом не рассказывала, но регулярно приходила домой раздражённой или зарёванной, однако, нашлась пара доброжелательниц, разыскавших мой телефон и сообщивших мне «всю правду». Правда мне показалось, что при этом они больше прощупывали почву насчёт того, чтобы «замутить» со мной, когда Салгомаев добьётся своего, нежели стремились меня просветить о разыгрывающихся в школе перипетиях.
- Я из школы через запасной выход вышла, но он меня уже здесь поджидал. Перед подъездом. Ну не выбрасывать же было…
Я зло скрипнул зубами. А потом вздохнул и, сделав шаг, осторожно обнял её.
- Похоже, придётся съезжать. А тебе – увольняться,- задачей обеспечения семьи постоянным жильём в Москве я начал вплотную заниматься уже месяца три как. Но пока она с места не сдвинулась.
Дело в том, что, как я и ожидал, «советские евреи» в настоящий момент густым косяком потянулись на Запад. Вернее, сначала на Юг – на Землю обетованную. То бишь историческую родину. Но для многих она была всего лишь транзитным пунктом. А кое-кто из самых продвинутых вообще туда не заезжал ни на миг, отправляясь напрямую в благословенную Америку.
Я застал времена, когда некоторые из них вернулись назад. Старые. Разбитые. С потерянным и потухшим взглядом, в глубине которого таилось удивление – как же так? Они же всё так отлично рассчитали! Ибо в их картине мира всё было очевидно и понятно – здесь всегда была и будет полная «жопа», ну такой тут живёт убогий народ с рабским сознанием, а вот в цивилизованных и демократических странах всё точно будет совсем по-другому… Что же пошло не так?!
