Под позолоченной потолочной лепниной особняка ее встретили с почтением, но она не проронила ни слова. Вики давно привыкла к примеркам для VIP-клиентов. Ей предоставили советника, салон, огромную кабину для примерки, где она была одна. Иногда ей удавалось заполучить для примерок стилиста или даже знаменитого кутюрье. После свадьбы, принесшей ей неслыханную известность, равно как и счет в надежном банке, она прошлась по всем домам Высокой моды и собрала дома в шкафах коллекции одежды, достойные самых престижных аукционов. Она разрешила обслуживать себя целых полтора часа, покупала вещи скорее по наитию, нежели в результате примерки. Ее обмерили, наговорили комплиментов, предложили кофе. Но она не произнесла и трех слов в одном предложении. Когда один из продавцов бутика решил перейти к другой теме и спросил о желаемой длине юбки и о том, не предпочтет ли она цвет чайной розы красному цвету фуксии, ее секретарша вмешалась в разговор и ответила вместо нее: «Мадам Сан Гильермо на вопросы не отвечает».
Сделав покупки, которые пришлось уложить в двенадцать огромных сумок со знаменитой буквой «С», Виктория в ответ на прощания и благодарности ограничилась кивком головы. Достаточно высокомерным, чтобы дать понять, что она — настоящая звезда.
Время уже почти приблизилось к 13 часам, а у нее был запланирован обед с Порсией, одной из бывших коллег по группе «Троица». Они не виделись почти четыре года. Порсия была беременна от одного очень модного американского художественного фотографа. Тот, правда, был несколько болтлив и к тому же на пятнадцать лет старше ее. Виктория не сразу приняла ее приглашение в шикарный ресторан «Крийон». Стоило ли встречаться с подругой тех времен, коль скоро она сама вычеркнула те воспоминания из своей памяти? Стоило ли снова становиться той юной и бедной девушкой из Плен-Сен-Дени, которой она была десять лет тому назад? И следовало ли ей дать снять себя в компании Порсии, которая после завершения их музыкальной эпопеи растеряла все, что дало ей пение? Однако в течение последнего времени Вики испытывала приступы ностальгии, выводившей ее из душевного равновесия. И потом, возможно, что ей будет не столь уж неприятно снова увидеться с Порсией. Она даже ждала приятного удивления, поскольку с ней они пережили каторгу, осмеяние и громадный успех. Все это было вперемежку, а это, несомненно, сближает.
Машина двинулась в сторону «Крийона». Вики снова ушла в свои мысли, глядя, как за стеклом проплывает Париж. Сидя напротив, на сиденье из белой кожи, ее пресс-атташе жестко говорила по телефону с журналистом из «
Когда машина остановилась, ей пришлось проявить всю свою сноровку, чтобы скрыться от папарацци, чьи фотоаппараты находились в нескольких сантиметрах от ее лица. Она вихрем влетела во дворец и сразу же увидела Порсию. Та была толще воздушного шара, в правой руке она держала соленый крендель с тмином.
— Порсия! Да ты похожа на гиппопотама, что с тобой приключилось? — воскликнула Вики, намереваясь обнять старую подругу.
— Если ты будешь меня оскорблять, Вик, я оставлю тебя одну с твоими сотрудниками и метрдотелями, — с обидой проворчала в ответ Порсия.
— Мне это было бы удивительно, ты ведь уже начала есть, насколько я понимаю. Уверена, что ты от пиршества отказаться не сможешь!
— О'кей, я тут решила немного перекусить. Но ведь люди не всю жизнь бывают беременными: только девять месяцев…
— Ладно, рассказывай: девочка будет или мальчик?
— Девочка. Зваться она будет Джеки, креститься в Лос-Анджелесе и будет как можно дальше находиться от двуногих существ мужского пола. А свою первую полоску кокаина сможет понюхать не раньше восемнадцати лет.
— Великолепно! Но откуда ты добыла эти революционные правила воспитания?
— Из своего детства, черт возьми! Ну, а ты-то как? Рассказывай!
— Рассказать о четырех годах жизни за время обеда — времени как раз хватит! К счастью, мне не надо рассказывать о замужестве, поскольку ты была одной из моих свидетельниц, а также не надо распространяться о первых месяцах моей жизни с Жюстеном, поскольку я тогда регулярно ездила в Калифорнию, где у нас были виллы в одном квартале на Беверли-Хиллз…
