– Наивно полагать, профессор, что нам удастся отсидеться в дебрях вашей любимой всемирной истории, – заметил Сева. – Больше всего меня сейчас интересует не ваш Навуходоносор, а очень прозаический вопрос: кто мы сейчас такие?
– Вам же сказали: Базыкин и Сидорчук, – легкомысленно заметил профессор.
– Это мне ни о чем не говорит. Я бы хотел понять, какую роль мы должны здесь играть.
– Давайте играть хотя бы какую-нибудь, – предложил профессор.
– Только не будьте профессором Потаповым, умоляю!
Потапов обиженно задышал.
– Да, представьте себе, Всеволод, уровень моих знаний не всегда адекватен кругозору слушателей даже в таких шикарных интерьерах, как эти!
– Вот именно, профессор, – с готовностью согласился Сева. – Поэтому давайте послушаем, о чем говорят другие присутствующие.
– Как? Мы будем подслушивать чужие разговоры? – переспросил профессор.
– Ей-богу, это самое нормальное занятие для людей, одетых в чужие костюмы, – сказал Сева. – И здесь как раз удобное место: за развесистым растением и на проходе. Давайте сделаем вид, что заглядываем в какие-то важные бумаги… Пошарьте в карманах, может, в вашем костюме завалялось что-нибудь?
– Действительно завалялось, – сказал профессор. – Какая-то бумага… – он развернул листок и погрузился в чтение. – Та самая, про ртутный могильник… Какая-то группа граждан, пострадавших от ртутных отходов… Инициативная группа… и возглавляющий ее гражданин Потутуров…
– Вы мне весь этот дурацкий документ собираетесь пересказывать? – зашипел Сева. – Или, может, дадите послушать, о чем другие говорят?
Держа перед собой листок, они навострили уши.
Сева оказался прав: место было удобное. Скоро мимо них неспешно прошли два солидных гражданина, и самодеятельные шпионы услышали обрывок разговора:
– Тут еще один мелкий вопрос, – говорил один. – Есть два уважаемых человека… у них большое издательство, на складах накопились тиражи. Нельзя ли запустить проектик?..
– То есть, чтобы правительство выкупило эту макулатуру? – спросил второй.
– Да, – сказал первый. – С целью стимулирования национальной культуры.
– И сколько? – поинтересовался первый.
– Пустяки. Двадцать миллионов.
– Мараться-то! – заметил второй.
Как только оба господина отошли, профессор радостно воскликнул:
– Все ясно! Мы попали на совещание издателей! Очень интересно!
– Это ненаучный скоропалительный подход, профессор, – возразил Сева. – Давайте послушаем еще.
Следующие собеседники передвигались проворнее предыдущих, поэтому удалось расслышать только четыре фразы:
– …Каким-то там реставраторам выделили бюджет – сто тридцать два миллиарда рублей.
– Это уже интересно.
– А управлять ими будет не наш человек.
– Значит, надо срочно ставить туда нашего…
Выслушав это, Сева хмыкнул:
– Ну, что, Аркадий Марксович, очевидно, здесь все же собрались не издатели, а реставраторы.
– Действительно, – несколько растерянно согласился профессор. – Я вижу некоторое логическое несовпадение.
– Да ну вас с вашей логикой! В одной газете как-то написали: «Площадь Сибири примерно равна площади видимой части Луны, поэтому, взглянув на небо в ночь полнолуния, можно легко представить себе размеры Сибири». Вот она, ваша логика!
Еще двое прогуливающихся остановились прямо напротив Потапова и Чикильдеева, и их приглушенные голоса зашелестели сквозь листву:
– В государстве сейчас денег много. Если их с умом не потратить – как мы будем смотреть в лицо прогрессу?
– М-да, прогресс дело богатое… то есть, серьезное…
– Правильно. Прогресс нельзя остановить. Поэтому Иван Гургенович просил поинтересоваться: как там с его запросом? Очень перспективный проект. Забота о будущем страны. Сумеете помочь защитить государственные интересы?
– Это моя обязанность. Сделаю, что смогу. Но это вам не в детском парке пивную поставить. Впрочем, есть одно место в одном приличном городе. Правда, имеется препятствие, поскольку место это – кладбище, а на нем находится могила Некрасова.
– Поэта?
– Нет. Вора в законе. А что, и поэт такой тоже был?
– Был…
Когда эти голоса тоже удалились, Сева пихнул профессора в бок:
– Смотрите! Там разносят напитки! У нас с вами с утра во рту ничего не было, давайте ухватим хоть стакан сока какого-нибудь!
Приплясывающей походкой мелких жуликов они направились к официанту, держащему поднос с разноцветными стаканами и бокалами. Но внезапно знакомый голос сзади велел:
– Категорически рекомендую вам взять напитки с моего подноса.
Сева и профессор Потапов на миг замерли, потом обернулись и обомлели: перед ними в обличье официанта был не кто иной, как следователь Зашибец!
Предупреждая нежелательный всплеск эмоций, фальшивый официант сказал:
– Не желаете ли что-нибудь выпить? Рекомендую бокал шампанского, помогает обрести уверенность в себе.
Зашибец протянул поднос и, пока Потапов и Чикильдеев послушно брали бокалы, вполголоса спросил:
– Как вы сюда попали?
– Долго объяснять, Роман Степанович, – сдавленным голосом ответил Сева. – А мы где?
– На заседании Общества любителей кактусов.
– Каких еще кактусов? – просипел профессор. – Вы хоть знаете, о чем тут говорят?
