Не пришел. Время уже за одиннадцать, обратились в милицию. Ну, нашу милицию вы знаете: «Если через три дня не обнаружится, объявим розыск». До утра не спали. Ходили по улицам: от дома к школе, обошли все улицы вокруг школы. Не пришел. Опять в милицию, посоветовали: «Обзвоните больницы, морги…». Как они это сказали, так Лена чуть в обморок и не свалилась прямо там, в милиции. Леша уговорил идти домой, оба приняли по хорошей дозе валокордина. Не пришел он и на второй день, и на третий. Отнесли в милицию заявление и фотографию.
Появился на шестые сутки. Пришел сам. Грязный и голодный. Где был? Зачем? Почему? Чем питался? Ни на один вопрос ничего вразумительного: «Ночевал в парке, днем где-то ходил. Был с собой хлеб, потом — не знаю. Не помню…Кто-то угощал…». Голос сорвался, перешел в крик: «Хватит! Надоело…Надоело!» Разрыдался, упал лицом в подушку и больше — ни одного слова. Вскоре заснул. На ночь оставили ему еду. К утру все было съедено, и он продолжал спать.
Лена стала разбирать грязную одежду Андрея, вот тогда и возник снова запах. Именно тот запах, от которого она впадала в транс, и который до сих пор оставался для нее неуловимым, ускользающим. Она не могла его ни с чем связать, и его происхождение до сих пор оставалось непонятным. А тут, вдруг, четко и явственно, запах исходил от одежды Андрея и был похож на запах пота. Лена бросилась к Андрею и стала его обнюхивать, как собака. Ее тут же замутило, вырвало, и она свалилась в постель. Так неужели это и есть источник ее недуга? Она невольно стала сторониться Андрея, боялась к нему даже приближаться. Теперь одежду и постельное белье Андрея закладывал в стиралку Леша.
С тех пор Андрей еще больше замкнулся. Он словно чувствовал отчуждение матери и отвечал ей тем же. Не разговаривал, на вопросы отвечал односложно. Учиться стал еще хуже. Хотя, куда уж хуже, кроме дисциплины — одни тройки. Леша пытался его устроить в какую-нибудь спортивную секцию. Два раза сходил в спортзал и бросил. Не нравится. Книг не читает. Купили компьютер. Стал играть в игрушки, а по жизни — все ему без интереса.
Жизнь в семье как-то сразу разладилась. Андрей с родителями практически не общался. Лена нервничала, по пустякам ссорилась с Лешей, срывалась на крик: «Ты отец, ты должен что-то сделать. Почему ему все безразлично? Почему плохо учится? Почему не хочет со мной разговаривать? Почему, почему, почему?…
Она поймала себя на том, что готова уже была бросить в лицо Леше: «Почему он воняет?» Вовремя сдержалась. Она действительно вновь стала ощущать в квартире запах. Тот самый. И чем больше она нервничала, тем сильнее было его проявление.
Она поняла, что сходит с ума.
И тогда она решилась пойти к врачу. Леша давно ей советовал. Ему рекомендовали: «этот настоящий, этот сможет помочь». Врач внешне совсем не был похож на тех, которые обычно именуются психотерапевтами. Им оказался молодой мужчина спортивного телосложения, который после несложных процедур обследования попросил ее ответить на три (главных, как он сказал) вопроса: Что беспокоит? Как проявляется? Когда и при каких обстоятельствах болезнь дала знать о себе впервые? Не перебивая, позволил ей высказаться, затем, уточнив детали, посмотрел на нее долгим взглядом и произнес:
«Я мог бы вам выписать лекарство, которое сможет вам помогать при наступлении приступа. Это один подход. Есть иной: если вам удастся понять — вспомнить, осознать или еще каким-то другим образом обнаружить, как впервые появилось, и с каким моментом жизни было связано ваше болезненное состояние и неведомый дурной запах, то у нас появится шанс избавить Вас от этих приступов навсегда. Потому что ваши проблемы связаны не с болезнью мозга вообще, а с наличием в нем некоторой совершенно незначительной области клеток, несущей память о некогда перенесенном очень неприятном событии, о котором Вы попытались забыть. Само наличие этих клеток не несет никаких патогенных факторов. Но! При определенных обстоятельствах, эти клетки способны переходить в возбужденное состояние, проявляющееся в виде известных Вам приступов. В вашем случае таковым инициирующим фактором, по-видимому, является запах. Если вспомните то, что попытались забыть, вам придется вновь пережить свою старую неприятную историю. По-прошествии многих лет она не будет чрезмерно болезненна. А за это ваша память «снимет метку» с этого воспоминания, как особого и опасного (по причине, что вы о нем забыли!), и ваша психика придет в норму.
Часто врачи трактуют подобную болезнь как трансформацию (расщепление) сознания. На самом деле, что такое «расщепление сознания?» — этого никто не знает. На мой взгляд, следует говорить не о загадочном «расщеплении», а о том, что сознание человека, точнее его психика в определенных обстоятельствах подвергается атаке со стороны неких «фантомов» (назовем их так), возникающих из его же памяти. Эти «фантомы», в какой-то момент прошлой жизни оставили чрезвычайно сильный отрицательный след в вашей психике».