Клейтон стоял у дверей, на его лице сияла неотразимая улыбка.
– Почему ты не хочешь придти? Ведь, насколько я знаю, у тебя нет других встреч в этот вечер. Если у тебя проблемы с транспортом, то я бы мог прислать за тобой экипаж.
– Нет, – она лихорадочно придумывала ответ. – Я все объясню тебе. Видишь ли, мне кажется, нам не стоит продолжать наши встречи. Я написала для тебя письмо, сделаю поздравление к Дню Святого Валентина, – и, наверное, на этом следует остановиться.
Виктория нашла в себе силы сказать эти горькие для нее слова. Она видела огорчение на его лице, но самой ей было еще тяжелее. Она понимала, что должна вырваться из этого заколдованного круга. Не в ее силах было составлять любовные письма к Элизабет, как бы она ни хотела помочь Клейтону. Викторию мучило и то, что она страшно боялась показать свои настоящие чувства к Клейтону, что он проникнет в ее тайну. Это и на самом деле могло положить конец их отношениям.
– Извини, я сказал что-то оскорбительное для тебя?
Он выглядел таким расстроенным, что Виктория поспешила все объяснить.
– Нет, совсем нет. Просто я недостаточно знаю Элизабет, – она ухватилась за эту нить и быстро договорила. – Прошло столько лет с тех пор, как я видела Элизабет в последний раз. Я действительно слабо представляю себе, какая она сейчас, о чем она думает. Очень трудно писать стихи, которые бы запали в душу человека, когда ты вообще не имеешь о нем понятия.
Клейтон все еще улыбался и не отпускал ее руку:
– Это лишний раз доказывает, что тебе надо приехать. Я не смирюсь с твоим отказом, – добавил он, заметив на ее лице выражение протеста. – Это даст тебе возможность по-настоящему узнать Элизабет и установить с ней дружеские отношения. Ты помнишь ее по школе. В этот раз ты узнаешь ее как друга. Дело вовсе не в том, что это облегчит тебе работу, Элизабет вообще может помочь тебе. Она всех знает и может рекомендовать тебя в обществе. Виктория! Я хочу, чтобы ты была счастлива. Скажи, что ты все-таки сделаешь это для меня.
Виктория закрыла глаза, сопротивляться становилось все труднее. Ей всегда было нелегко в чем-нибудь отказать ему, и время ни в малейшей степени не изменило ее. Не в силах дальше бороться с эмоциями, которые переполняли ее, она выдернула руку и посмотрела Клейтону в глаза:
– Хорошо. Я приду!
– Спасибо! – он сделал шаг в сторону и открыл дверь. – Мой экипаж заедет за тобой сегодня днем. Еще раз спасибо тебе, Виктория.
Выйдя из кабинета, Виктория бросилась бежать изо всех сил вниз по ступенькам. Ей нужно было как можно быстрее покинуть этот дом, иначе она не смогла бы больше скрывать свои чувства.
– Виктория Викершем? – Элизабет посмотрела на Клейтона как на сумасшедшего. – С какой стати ты пригласил Викторию?
Что-то в тоне Элизабет насторожило Клейтона, но тут же он подумал, что его просьба была слишком неожиданной для нее. Однако он не мог назвать истинную причину, по которой виделся с Викторией. Это было бы чересчур странным.
– Она так одинока, Элизабет, а у тебя столько знакомых. Я встретился с ней по прошествии многих лет и подумал, что было бы хорошо, если бы ты представила Викторию некоторым нашим друзьям.
Глаза Элизабет сузились от гнева.
– Никто из наших друзей ее не знает! Она не из нашего круга, и ты прекрасно знаешь, как все знакомые отнеслись бы к ней. Как только они узнают, чем она зарабатывает на жизнь, то посчитают ее сумасшедшей, а заодно и нас, за то, что мы ее пригласили.
От раздражения Клейтон сжал зубы, но старался оставаться спокойным. Элизабет иногда не понимала, какую несла чушь.
– Никто ничего не подумает до тех пор, пока мы не скажем, чем занимается Виктория. Никто даже не подумает, что Виктория и есть та Ви-кершем, которая составляет тексты поздравлений, если мы сами не представим ее в этом амплуа. Филадельфия большой город, и тот, кто сделал поздравления бизнесом, останется тайной. Даже если кто-то и слышал о Виктории, то вряд ли захочет дискредитировать женщину, ведущую дела с таким успехом. И твоя, и ее репутации будут вне опасности.
– Я совсем не об этом, – примирительно сказала Элизабет, сознавая, что она не права. – Я имела в виду взгляды Виктории на жизнь. – Потом она продолжила. – Я очень хорошо помню Викторию по школе, она всегда была такой хорошенькой. Сейчас она так же выглядит?
Нахмурившись, Клейтон ответил:
– Да, все так же. Мне кажется, ты могла бы помочь ей в этом отношении. У Виктории изумительные природные данные, но одевается она так, как если бы хотела скрыть их. Ты наверняка смогла бы научить ее чему-то, познакомить с хорошими людьми. Мне бы хотелось, чтобы у нее был шанс пробиться наверх, ведь она так много работает.
Элизабет улыбнулась, поправив прическу.
– Ты говоришь об этом так серьезно. Похоже, у меня есть повод для ревности?
