Крылатые имена полностью

В незапамятные времена в Афинах был учрежден высший судебный и контролирующий орган государства – ареопаг. Свое название он получил от топонима, буквально означающего «Холм Арея» (Арей, Арес – имя бога войны, а пагос – «холм»), где и проходили совещания этого верховного судилища Греции. По преданию, переданному Эсхилом, его учредила богиня Афина на вечные времена. Три последних дня каждого месяца под открытым небом, в любую погоду здесь, на скалистом холме близ Акрополя, собирались высшие представители родовой знати. Ареопаг разбирал сложные уголовные дела, осуществлял надзор за религиозностью, воспитанием, нравственностью и за неукоснительным исполнением законов. Он волен был накладывать вето на любые решения власти, если они, по его мнению, не отвечали интересам государства. В критические для страны дни ареопаг брал в свои руки и управление государством. Отправление этих функций облегчалось тем, что ареопагиты не были ответственны ни перед кем, «кроме богов и своей совести».

Однако нередко решения ареопага противоречили желанию и интересам народа. Тогда афиняне выступали за ограничение власти и прав грозного, могущественного, освященного мифами судилища.

Но ничто не вечно под луной. Достигнув зенита могущества, этот высший судебно-политический трибунал утрачивает свое значение. А слово осталось. У римлян, а позже и у других народов, и в других языках, слово «ареопаг» стало образным, нередко ироническим обозначением собрания влиятельных людей, высказывающих безапелляционное мнение.

Это выражение ведет нас в фантастический мир греческих мифов.

Великая беда терзала афинян: раз в десять лет они должны были отсылать на остров Крит, к царю Миносу, четырнадцать прекрасных девушек и полных сил юношей. И для чего? Он отдавал их на съедение быкоголовому чудовищу Минотавру, жившему в страшном Лабиринте – сооружении с таким множеством ходов и переходов, что каждый, кто вступал в него, уже не находил выхода и погибал. Но вот нашелся герой Тезей, который решил положить конец позорной дани. Получив в дар от дочери критского царя Миноса Ариадны, полюбившей его, чудесную нить, Тезей укрепил ее у входа в Лабиринт, затем проник в него, убил страшилище и, держась за спасительную нить, выбрался обратно.

Вот почему «ариаднина нить», или путеводная нить – это всякое верное средство, указатель для разрешения запутанной задачи.

Овеянное легендами имя прославленного греческого поэта, певца и музыканта. Он – лицо историческое, родом с острова Лесбос – жил в VII–VI в. до н. э. Об Арионе повествовали Геродот, Цицерон, Овидий («Море какое, какая земля Ариона не знает?!»). В новое время это имя стало известным благодаря балладе Шлегеля «Арион» и стихотворению А. Пушкина того же названия.

В одной из легенд рассказывается, как моряки корабля сговорились сбросить за борт, в бушующее море, Ариона и завладеть его богатством. На просьбу несчастного разрешить ему исполнить предсмертную песнь негодяи дали согласие. Облачившись в торжественные одежды, избранник муз поет – и волшебная мелодия, скорбная и страстная, разносится далеко окрест. А когда затихают последние аккорды кифары и смолкают чарующие звуки, Арион бросается в морскую пучину.

Но нет, это не смерть. Привлеченный чудесными звуками дельфин – слава, слава ему! – подставляет Ариону свою спину и мчит его, невредимого, к берегу.

В нашей речи имя Арион – синоним искусного певца и музыканта.

Не путайте это имя с другим – Орион. То был, по греческой мифологии, охотник-великан, претерпевший при жизни множество приключений, а затем превращенный Зевсом в созвездие.

В Древней Греции Аркадия – «медвежья сторона» (от греческого арктос – «медведи-ца») – занимала внутреннюю гористую область полуострова Пелопоннес. Населяли ее не купцы, не мореходы, а пастухи, земледельцы и охотники, славившиеся чистотой нравов и гостеприимством.

Греческий поэт Феокрит (III в. до н. э.), самый видный представитель буколического (букол – «пастух») жанра, в своих идиллиях противопоставлял спокойную жизнь пастухов бурной и шумной жизни горожан. Его последователь римский поэт Вергилий (I в. до н. э.) воспел в «Буколиках» чистоту нравов и безмятежное существование пастухов и земледельцев, далеких от царящих в городах условностей, церемоний, лести и интриг.

Французские придворные поэты XVII–XVIII вв. сочиняли идиллии о счастливой земле Аркадии, где веселые обитатели ведут на лоне природы привольную жизнь, полную забав и радостей.

Слащавые картины беспечного существования «людей природы» вызвали к жизни образные слова и словосочетания: «Аркадия», «счастливая Аркадия», «аркадская идиллия», «аркадские пастушки», характеризующие, порой не без доли иронии, идеальную страну сердечности и неиспорченных нравов, безмятежное бытие, неомраченную ничем дружбу, любовь, семейную жизнь.