Крылатый отбор полностью

Глава 1

Первая глава

Софи

Приклад плотно упирался в плечо, дуло винтовки смотрело на одного из браконьеров. Он тревожно глянул на своего подельщика и нехотя поднял руки. За их спинами в клетках бились птицы. Их истошный клич и поднял меня среди ночи.

— Барышня, давайте без глупостей. Это же всего лишь дичь, на неё разрешена охота, — произнес худощавый.

— Мы заплатим за них, как и предлагали, — басом добавил полный, и я навела прицел ему в лицо.

— Птицы не продаются, это частный заповедник, — отчеканила каждое слово.

— Мы готовы поднять цену. Можем дать в три раза больше, — отвлек меня худощавый, а второй рывком схватил за дуло винтовку. Палец дрогнул, и я нажала на курок.

Выстрел взорвал ночную тишину. Из камышей вспорхнули птицы, а в единственном в округе доме загорелся свет. Браконьера откинуло на несколько метров. Лежа на земле, он корчился от боли, проклиная меня и весь мой род. Жить будет — винтовка заряжена солью.

— Вы сумасшедшая! Вы могли его убить! — кинулся худощавый к товарищу, осматривая его раны.

— Убирайтесь, — передернула пустой затвор и добавила громко, чтобы они это слышали: — Дробь!

Магией перезарядила винтовку настоящими патронами. Прицелилась. Выстрел, громче предыдущего, промчался над их головами. Худощавый быстро поднял раненого, перекидывает его руку через свое плечо, и хромая они растворились в темноте.

Светящийся огонек приближается ко мне со стороны дома. Торопливо открыла клетки, выпуская лебедей на свободу. Поднявшись в небо, они сделали круг и приземлились на зеркальную гладь реки.

— Софи! — слышала голос дедушки.

— Я здесь! — повесила на плечо винтовку и подняла с земли палантин.

Побежала к нему навстречу — он не должен видеть клетки браконьеров.

Вскоре увидела его с пузатым фонарем в руке и в наспех надетой одежде. Очки набекрень, но в блеклых глазах полно решимости постоять перед обидчиками.

— Дедушка, куда ты собрался? Врач сказал тебе больше отдыхать, — развернула его к дому и подталкивала идти обратно.

— Стреляли же. А вдруг грабители? Ты все проверила?

— Всё, — ответила как можно мягче. — Лиса забралась, вот я и спугнула её солью.

— Лиса, говоришь… Тогда ладно.

На веранде нас встретила взволнованная бабушка. Года посеребрили её волосы, а мелкие морщины украшали постаревшее лицо, но выправка осталось идеальной — прямой и уверенной, как у благородной рэтты[1].

— Что там стряслось, Софи?

— Лисы.

— Вот я тебя говорила, что это мелкий хищник, — начала отчитывать деда. — Откуда взяться браконьерам в наших краях? Врач строго-настрого запретил нарушать режим, Лаврентий. Тебе нужно беречь сердце, а ты бегаешь по ночам, как двадцатилетний мальчишка.

— Не надо делать из меня инвалида, — обиженно ответил и прошел в дом.

Я последовала за ним, но остановилась под пристальным взглядом Агаты.

— Лисы? — рассматривала палантин в моей руке. Она всегда проницательна. — И много же тебе их повстречалось?

— Двое, но они трусливо убежали, слоило мне пару раз пальнуть.

— Ох, не нравятся мне эти лисы. Слишком они зачастили, — устало произнесла бабушка и пропустила меня внутрь, — Давай я приготовлю тебе чай, сегодня важный день.

— Самый обыкновенный.

Хотя я лукавила — день был необычный, но утренние обязанности никто не отменял. Я успела выпить чашку травяного напитка перед тем, как покормить лебедей на ферме. Их осталось немного — около трех сотен, мало по сравнению с предыдущими годами. Спрос на лебединое пух падал, в моду вошло перо экзотических птиц. Охотники и браконьеры при первой возможности норовили поохотиться в заповеднике, ведь в дикой природе лебедей осталось очень мало.

Лебедь — символ моего рода, и мы всеми силами пытаемся восстановить популяцию. Я, наверное, одна из последних чистокровных рэтт Лебедянских. Когда-то чистая кровь была привилегией аристократов, гарантом высокого положения, большого магического потенциала и успешного брака. Сейчас же от нее мне осталась лишь мелкая магия и палантин. А рэтта или простая неяра[2] сейчас неважно, помет в сараях сам себя не уберет.

До семи часов возилась в птичнике. Дед Лаврентий пытался пробраться ко мне на помощь, но был пойман бабушкой Агатой и отправлен обратно в кровать. В этом году он перенес сердечный приступ и только недавно встал на ноги. Я всячески оберегала стариков. После того, как моих родителей не стало, они остались единственными близкими мне людьми.

— Софи, завтракать! — донеслось с веранды.

Я быстро приняла летний душ и надела приготовленный заранее наряд: коричневую хлопковую юбка-колокольчик длинной до щиколотки, бежевую блузку с воротником-бантом и туфли-лодочки. На ходу завязала ленты на воротнике, затягивая так туго, чтобы не оставить ни одного сантиметра кожи открытым.

В доме приятно пахло едой.

— Ты не забыла, что сегодня прилетает чиновник из столицы? — напомнила бабушка и поставил на стол овсяную кашу.

— Прием горожан в двенадцать часов в ратуше. Я успею поработать с утра в магазине, а затем попробую попасть на прием.