«Я знаю, где вы закопали двух Олесь».
Над ее головой раздался мягкий голос человека, лица которого она так еще и не видела:
– Наталия Александровна, приятно вновь увидеть вас после стольких лет разлуки. Как думаете, у нас есть о чем поговорить? Но для начала – не подарите ли вы мне свой автограф?..
«– Наталия Александровна, приятно вновь увидеть вас после стольких лет разлуки. Как думаете, у нас есть о чем поговорить? Но для начала – не подарите ли вы мне свой автограф?..»
Ната оторвала голову от компьютера и взглянула на возникшего в ее комнате Сашу. В руках он держал ее рукопись.
– Ну ты, мать, даешь! – произнес он. – Как закрутила! Давай побыстрее пиши, хочется узнать, чем все это закончится!
Подойдя к компьютеру, минуя большой гробообразный шкаф в углу, братец пробежал глазами последние две страницы, написанные Натой, и присвистнул:
– Ого! Такого поворота я, признаюсь, не ожидал!
Ната, отпихнув брата от экрана и стоявшей рядом кружки с озорным поросенком, в которой остывал кофе, заявила:
– Не будь таким нетерпеливым! Дай мне сначала самой все дописать, потом прочтешь! – И добавила: – Вот видишь, об этом я тебе и говорила:
Саша вздохнул, а Ната подумала, что брат все никак не может забыть эту мерзавку Наталью, фигурантку одного из последних их дел. А потом вспомнила, какое сегодня число.
– Сегодня огласили приговор, – сказал Саша. – Суд скостил требование прокуратуры на два месяца, но, сама понимаешь, срок ей придется мотать большой.
Сохраняя последние изменения в романе, Ната жестко заметила:
– Ну, и этого мало! Потому что муженек-издатель, несмотря на то, что сошелся со своей секретаршей Олесей, поддерживает свою бывшую. На сына, к которому и так был холоден, он претензий не предъявляет, тем более что Олеся родила ему долгожданную дочку. Он даже рыцарски оплачивает твоей Наталье дорогих адвокатов. Они опротестуют приговор.
Саша кивнул, а Ната заметила:
– Мне все равно, что будет с ней, а вот тебе, смотрю, до сих пор плохо.
– Ты точно в этом уверена? – вздохнул Саша. – Кажется, Наталья полна решимости отсидеть, выйти на свободу и
Ната усмехнулась:
–
Саша в этом сомневался, уверенный, что Наталья
– Кстати, ты ведь тогда пытался ее предупредить? – спросила вдруг сестра брата. – И дать ей понять, что она в опасности? Нехорошо, Сашок! Пренебрег профессиональной этикой ради собственных чувств! – Брат покраснел и ничего не ответил, а Ната только усмехнулась. – Ну, а история с несчастным мальчиком в красной рубашке, с белыми волосами и синими-пресиними глазами? Там ведь точку поставить можно.
Ната вздохнула, и Саша точно знал, о чем она думает: об их пропавшем и так до сих пор и не найденном братике Максике. И о том, что он, как и несчастный мальчик, наверняка был давно
– Думаю, можно. Несчастного малыша похоронили, мучительница Аглаи, как и сама вдова композитора, на том свете. Мальчик Вася живет со своей мамашей в Москве. А дом, в котором обитает зло… Он снова выставлен
– У меня гонорары не те. А даже если бы были и те, то все равно бы не стала. Ведь зло-то оттуда
Саша вздрогнул и спросил:
– А роман когда закончишь? – на что Ната хмыкнула:
– Когда закончу, тогда и закончу! Я, слава богу, не топ-автор, гонорары мне не нужны, просто отдушина и возможность забыться от повседневных ужасов нашей суровой профессии.
Саша, не без любопытства посмотрев на сестру, в которой многое для него оставалось загадкой, спросил:
– А зачем свою главную героиню, эту противную писательницу, назвала своим именем?
– Ну не
– А твои издатели не обидятся, что ты их вывела в шаржированном виде? – продолжил он, и Ната отмахнулась:
– Они люди с отличным чувством юмора и пониженным порогом обидчивости. Все же с писателями работают. Тем более все герои вымышлены и все совпадения с реальными людьми случайны! Тем более моя редактор Елена Георгиевна, в отличие от надменной Инги Дмитриевны,
Саша усмехнулся:
– А почему ты тогда писательницу свою
В ответ Ната заявила:
– Все писатели такие. Ну, или почти все. Позвони, братик, в любое попавшееся издательство и поинтересуйся. Тебе этот факт
