Крылатый сфинкс, печальный цербер полностью

Мамаша и в этот раз выкарабкалась, но и сама стала инвалидом. И прогноз был неблагоприятный. Это сразу сказалось на качестве романов Олеси – оно упало.

– У меня голова занята другим! – оправдывалась девушка, ставшая к тому времени уже молодой женщиной, но так и не обзаведшаяся ни друзьями, ни спутником жизни. Что с учетом ее не самого симпатичного личика, рыхлого тела и костылей было неудивительно. Наталия знала, что так думать нельзя, но физические недостатки Олеси были ей только на руку.

Господи, какая она подлая, прямо как главная злодейка из бразильского телесериала! Нет, не подлая, а практичная. Потому что без нее инвалид Олеся давно бы пропала, а мамаша Олеси еще несколько лет назад скончалась бы в ужасных мучениях от онкологического заболевания. Так что она отнюдь не разбойница, а их благодетель!

Наталия внимательно следила за тем, чтобы Олеся не устанавливала чересчур тесных отношений, а мужчина ей вообще не требовался. А то появится прыткий бойфренд, а то еще, того и гляди, законный супруг – и что тогда?

Тогда все накроется для нее, Наталии Хрипуновой, привыкшей к красивой расточительной жизни, медным тазом.

Но Олеся, казалось, и не помышляла о замужестве, уделяя все свободное время, которого у нее, надо признать, было предостаточно, уходу за своей тяжелобольной мамашей.

– Так попробуй сконцентрироваться! – дала ей наставление Наталия, однако это не помогло: похоже, кризис жанра не миновал и вторую Хрипунову. И Инга Дмитриевна после прочтения очередного опуса заметила:

– Наталия Александровна, уровень снова заметно упал. Вам надо подтянуться. А пока что придется уменьшить стартовый тираж, потому что прошлая книга расходилась уже далеко не так хорошо.

Наталия бушевала, Наталия была в шоке, Наталия пыталась сопротивляться, но «орфушники» были непреклонны. И кто был во всем виноват? Конечно же, Олеся!

– Значит, так! Ты должна подтянуться! – заявила ей Наталия во время одного серьезного разговора. – Уровень упал!

– У Вити большие проблемы с правоохранительными органами, – выпалила, не слушая ее, Олеся. Витей звался один из ее братцев-лоботрясов, которые явно пошли в своего отчаливавшего в светлое, под стать пшеничному пиву, будущее с продавщицей из ларька папочку – домашнего тирана и, став молодыми мужиками, немедленно пустились во все тяжкие.

– Что на этот раз? – заявила жестко Наталия. – Они и так обходятся мне очень дорого! Опять придется его из цепких объятий провинциальной Фемиды взяткой вытаскивать.

– Но вы же сказали, тетя Наташа, что будете заботиться и о них! Это и в нашем соглашении прописано! – заявила Олеся, и Наталия внезапно поняла, что не только Олеся прикована к ней, но и она сама к Олесе и ее дурной семейке.

– Пиши романы, как раньше, и все будет отлично! – ответила она, а Олеся простонала:

– Я бы хотела, но не получается!

– Постарайся! – Наталия была вне себя, не столько из-за нытья Олеси, сколько из-за того, что до недавнего времени носившиеся с ней как с писаной торбой «орфушники» стали явно относиться к ней как к литературной осетрине второй свежести.

Олеся заплакала (плакала она часто, по малейшему поводу и в основном без оного):

– Тетя Наташа, я вообще могу вам сдавать сказки о новых приключениях Колобка! Потому что у нас не оговорено, что именно я должна вам отдавать.

– Еще как оговорено, – заметила опешившая и не ожидавшая бунта на корабле Наталия, – а именно триллеры с элементами любовной истории и мистики.

– А таковой можно написать и о Колобке тоже! – заявила Олеся. – Хорошо, пусть жанр указан, но качество-то нет. Буду сдавать вам плохие романы, вы все равно обязаны нам обеспечивать достойную жизнь!

Наталия оторопела. Вот это неблагодарная гадина! И это после всего, что она для нее сделала! Впрочем, Наталия решила не думать о том, что же именно она сделала для Олеси. И что та для нее.

– Просто пиши, мы можем вместе разрабатывать сюжеты. Я тебе помогу. Но ты пиши, пиши, – сказала она устало.

Олеся писала, однако качество не улучшилось, а упало еще сильнее. А вслед за этим тиражи и доходы Наталии. Та хотела избавиться от Олеси, найти нового литературного зомби, но это было не так-то просто. Да и «орфушники», похоже, уже окончательно списали ее, зачислив в разряд сгоревших «звезд».

И, что хуже, Олеся постоянно требовала денег и даже стала шантажировать ее.

– Тетя Наташа, вы ведь крадете мои произведения, так ведь? Думали, что я совсем дурочка? Знаете, что вам за это грозит?

– Пулитцеровская премия? – спросила раздраженно Наталия, а Олеся заявила:

– Тюрьма! Потому что вы сколько моих романов издали под своим именем? Вот пойду сейчас и заявлю на вас в прокуратуру. И оригинал нашего соглашения принесу.

– Что ты хочешь? – ощетинилась Наталия, а Олеся сразу подобрела:

– Миша женится, ему надо хорошую свадьбу организовать. С прогулкой на теплоходе по речке для всех гостей и белым лимузином для ЗАГСа.