Крылатый сфинкс, печальный цербер полностью

– Жаль… А то мне как раз идейка новая в голову пришла… Такая оригинальная… Роман будет непременно иметь успех.

Пришлось отправлять несносную Олесю на Лансероте. Наталия тайно надеялась, что самолет потерпит катастрофу, но переменила свою точку зрения, когда Олеся прибыла из отпуска с первыми главами нового романа – романа действительно неплохого, пусть и не дотягивавшего до прежнего уровня, но заметно отличавшегося в лучшую сторону от последних неудобочитаемых опусов.

– Ну вот видите, тетя Наташа, стоит мне побывать на островах в океане, как сразу накатывает вдохновение. Так что посылайте меня туда почаще!

Этот роман несколько улучшил финансовое положение самой Наталии и укрепил ее позиции в глазах «орфушников», однако ей приходилось отдавать треть Олесе. А когда та сдала очередное произведение, опять же весьма на уровне, то потребовала сразу половину.

– И не говорите, что это нечестно, тетя Наташа! Нечестно – это то, что вы делали со мной и моими романами все эти годы. Я – жертва ваших интриг и криминальных наклонностей. Любой суд это подтвердит!

Наталия, которую впервые после долгого перерыва «орфушники» снова вывезли на Международную книжную ярмарку в немецком Франкфурте, опасаясь, что возможный скандал задушит в зародыше новый виток ее карьеры, согласилась.

А потом уровень поставляемых Олесей романов снова снизился, точнее, он скакал, как температура у больного туберкулезом, падая и взлетая от романа к роману, на что «орфушники» справедливо заметили, что такого автора продвигать никак нельзя: и им, и читателю такое не требовалось. Они отказались от рассмотрения возможности снова запустить раскрутку бренда Наталии Хрипуновой – и все честолюбивые чаяния Наталии пошли прахом. Поэтому она мучительно искала выход. О, если бы вдохновение вернулось к ней! Она предпринимала отчаянные попытки снова собственноручно написать роман и показала даже рукопись Инге Дмитриевне, выдав ее за творение одного начинающего автора.

– Явное подражание вашим первым произведениям, Наталия Александровна, но подражание жалкое и бездарное. Нет, такое мы печатать не будем.

Наталия поняла: ей нужен новый литературный зомби. Точнее, даже не один, потому что это со временем или даже, кто знает, очень быстро может привести к подобной же ситуации, как до этого с Олесей. Ей требовалось несколько литературных зомби, вероятно даже, постоянно меняющихся и о существовании друг друга ничего, конечно же, не подозревающих.

Надо же, она даже вышла на одну не так чтобы особо законспирированную конторку, позиционировавшую себя как литературное агентство, оказывавшую услуги подобного рода. Как жаль, что таковой не было двенадцать лет назад, когда она остановила свой выбор на Олесе.

Драла эта контора «Рога и копыта», жеманно именовавшаяся литературным агентством «Сфинкс», конечно, будь здоров, однако эти самые «сфинксы» в полном соответствии с названием и своим логотипом, крылатым человекольвом, обещали полную конфиденциальность и, что важнее, высокий уровень. Не желая доверять пустым обещаниям, Наталия потребовала доказательств – и получила три главы романа, который мог бы выйти под ее именем.

И была в диком от них восторге.

Да, это то, что надо. Она бы с радостью тотчас пошла на сотрудничество с так называемым литературным агентством, поставляющим состряпанные в нужные сроки, в нужном жанре и в стиле нужного автора произведения, если бы не одно «но».

И звалось это «но» Олесей.

Наталия понимала – та добровольно никогда не прекратит их сотрудничество. Более того, Олеся не пожелает упустить деньги, хотя бы и не такие большие, а также возможность шантажировать свою тетю Наташу. И за ее счет вести не самый шикарный, однако более чем обеспеченный образ жизни.

И Наталия вернулась к тем мыслям, которые с некоторых пор стали все чаще и чаще закрадываться ей в голову.

Олеся должна умереть.

Но умирать эта особа, несмотря на свой недуг, в общем и целом здоровая, как корова, не собиралась. И Наталия пришла к выводу, что в таком случае Олесе, не исключено, надо помочь.

Подобное развитие сюжета было похоже на один из романов самой Наталии Хрипуновой, точнее, романов, написанных Олесей и вышедших в свет под чужим именем. Но какая разница!

К тому времени от былого богатства не осталось и следа. Нет, Наталия не бедствовала, однако понимала: если дело пойдет так и дальше, то ей рано или поздно – и, вероятнее всего, скорее рано —, придется продать свою четырехкомнатную квартиру и переехать в жилплощадь поскромнее. Или вообще вернуться в родной город.

Или в родной город должна была вернуться Олеся – например, в гробу, дабы упокоиться на местном кладбище подле своей матушки.