Крылатый полностью

Пальцы саднило. Вокруг была такая тишина, что пришлось открыть глаза, чтобы убедиться, что люди ещё здесь. Что-то они на меня как-то не так смотрят. Быстро оглядев себя, я убедился, что даже не собирался обращаться. Вот только тёмный блеск на грифе… Поднеся к лицу левую руку, с удивлением растёр меж пальцев кровь. Давненько уже не стёсывал пальцы так сильно. Странно. Только я собрался попросить у подруги пластырь, как меня скрутило дикой болью!..

— Хааа… — я захрипел, схватившись за горло.

О Небо!.. Что это?!. А-а, не могу говорить… и дышать тоже… больно!.. вдохнуть невозможно… да что же это, демоны дери?!? Б-больно…

…Кости опять сломались… шесть или семь на этот раз… боль… растворить их, преобразовать… крыло-рука почти оторвано.

Сейчас… потерпи, мне тоже больно… я помогу.

Куда ты, эльфёнок… не нужно тебе было бежать за мной. Нас бы не сплавило.

Помолчи, бог. Ты отвлекаешь меня.

Хорошо… …хорош бог. Потащил за собой детей в засаду. Это мои враги и мои проблемы. Ты не сможешь, ребёнок, сражаться рядом со мной со всеми врагами — их слишком много. Был бы один — можно было бы рискнуть вырваться, но… не могу рисковать. Прорыв Инферно бы не спровоцировать. Разберусь я с тобой, поганый демон, ты ещё пожалеешь, что загнал меня в ловушку. Опять эти куски Хаоса пробуют меня на зуб… Не-е-е-ет, только не снова!.. Бездна, как больно!.. Не расслабляться! Защитить эльфёнка и маленького оборотня!.. Мммм… опять глаз лопнул, Бездна Великая… Не отдам! …Демоны хаоса, Данька! Назад!!!

Утихни, Ветер! Маньяк знает что делает! Небо…!!! Как ты это выдерживаешь один?! Ну-ка не отгораживайся больше… я помогу… если… Небо Великое!.. охх…

Не пытайся, эльфёнок…

Заткнись! Мы оба здесь, ты не будешь оберегать меня сверх меры… Я сам Хранитель!

Гонору-то сколько… …до сердца добрались, твари… сейчас сжуют…

Я тебе умру! Выжечь!!!

…теплом в ледяной метели… смешной ты, Ван-эльфёнок. Но твари разбежались, когда золото сетью оплело то, что от меня осталось. Все силы выложил. Отдохни, малыш, дальше сам справлюсь. Что, опять жрёте руку-крыло?! Да подавитесь, новая отрастёт…

ВЕТЕР!!!

Не бойся… я бессмертен… не надо малыш.

Это я заберу. Ты не оставил меня одно, как я могу поступить иначе?! Эту боль, всю, я забираю себе. Можешь злиться. Всё это синее пламя… Взял… НЕБО!!!

Спасибо, малыш…

ДА ЛУЧШЕ БЫ Я СРАЗУ УМЕР!!!

Ледяной синий огонь выжигал меня изнутри, вырываясь сквозь кожу, я вспыхнул весь, я горел и этот огонь был виден синим сиянием! Только дарил не жар, а холод… Почему ж до сих пор живой?! Сработали бы внутренние предохранители, пока не наступил болевой шок…

Через вечность, когда боль стала утихать, я обнаружил, что всё ещё стою на одном колене, крепко сжимая в руках стальной гриф. Синий огонь догорал последними языками в собственных глазах, стекал по лицу и растворялся холодом. Попытавшись подняться, упал. Гриф выскользнул из рук.

Спасибо, братишка… за мной должок.

И ты туда же, Ван…

— Какой… к демонам… должок, мы же… братья… — ответил я по инерции вслух и тут же пожалел о содеянном.

Но я тебе это припомню! Дома!

Договорились…

Дальнейшие эпитеты оказались неудобопроизносимы. Кто-то склонился ко мне и я увидел полные дикого ужаса глаза Манячки. А потом — свою гитару. Надломленный в двух местах гриф, оборванные струны, вмятины…

Одним каким-то безумным прыжком, я оказался радом с ней, коснулся осторожно, бережно поднял.

— Что же… как же так…