Отставляю кружку в сторону. Если это не Тайлер, то у меня проблемы, потому что пока отек на моей физиономии вряд ли можно выдать за следы отравления или перепоя. Хотя… Если долго блевать и умудриться рухнуть лицом на ободок унитаза… Пожалуй,только этим и можно в случае чего оправдать мой кровоподтек на щеке. Отлично, у меня уже есть план.
Дверь открываю, не спрашивая, кого там принесли черти,ибо открывать все равно придется. Тем более, версия с причиной фингала у меня заготовлена заранее, ага.
Но нет, припасем эту гениальную отмазку на другой раз.
– ?ад, что ты уже проснулся, - приветствует меня Лаки, бессовестно оттесняя плечом и проходя внутрь.
– Недавно, - ворчу. Захлопываю дверь.
– Это нормально, – отмахивается гость; поворачивается, окидывает меня придирчивым взглядом, потом морщится. - На правой щеке, что ли, спал?
Точно. ? я-то голову ломаю, почему кровоподтек остался только с однoй стороны.
– Похоже, - признаю. Видимо, мазь просто впиталась в подушку.
– Завтра сойдет, – заверяет Тайлер, очевидно, проверивший на своей шкуре это чудодейственное средство. - Но лучше посиди ещё денек в комнате, чтобы наверняка. По документу, который я отправил в ЛЛА, врачи рекомендовали тебе два дня постельного режима, так что все окей.
Ладнo, не стану придираться, что он ещё и отправил сообщение якобы с моего комма Дилайле. Этот парень – на самом деле гений.
– Кофе будешь? - предлагаю и возвращаюсь к кухонной зоне, где остывает мой собственный эликсир бодрости.
Тайлер вытягивает шею, принюхивается.
– Растворимый, - кривится.
Развожу руками.
– Какой есть.
– Я не пью растворимый кофе, - откликается гость. И звучит это настолько категорично, что я невольно приподнимаю брови – не замечал за ним раньше замашек миллионера, подсознательно выискивал, но не нашел ни разу.
– Не важно, – отмахивается, заметив мое удивление. – Если у тебя есть тот самый зеленый чай, которым ты угощал меня в прошлый раз, буду премного благодарен, – фразу он оканчивает, уже развалившись на стуле у компьютерного стола. Быстрый.
– Он пакетированный, – напоминаю злорадно. Пo мне,так хороший чай должен быть заварен в чайничке, а кофе – сварен. Все остальное из разряда : «фигня, но пить можно».
Однако с кофе, видно, связана какая-то история, как и с синерилом на полке.
– Без разницы, – дергает плечом и смотрит на меня округлив глаза, мол, что за ерунду я несу, пакетированный и пакетированный.
– Окей, - затыкаюсь и отщелкиваю кнопку чайника.
Молчим.
Стою к гостю спиной, опеpшись ладонями на край столешницы, и жду, когда вода снова закипит. Не знаю, что сказать. Никогда не считал себя особо разговорчивым, но обычно у меня нет проблем с речью и со способностью высказать свою точку зрения. Может быть, все дело в том, что на данный момент в моей голове предательский вакуум, и я понятия не имею, что делать?
Лаки нарушает молчание первым.
– Я кoе-что сделал. Ты должен знать.
Интересно, он заметил, как напряглись мои плечи? Это непроизвольно, честное слово.
Заставляю себя расслабиться и обернуться.
– Донес на меня СБ? - предполагаю буднично.
Любой на его месте поступил бы так. Тут не до обид. Вражеская разведка копает под его дядю, подсылает «своего» человека к его матери. Ситуация серьезная и, если ничего не предпринять, может выйти боком и стать опасной.
Кто угодно на месте Лаки Тайлера сдал бы меня Службе безопасности.
Но, похоже, кто угодно,только не Лаки Тайлер.
Усмехается.
– Ага, уложил тебя лошадиной дозой снотворного и убежал докладывать.
Пожимаю плечами.
– Слоновьей. Но примерно так.
– Слоно?.. А, ладно, не суть. Ты там чай обещал, – молча ставлю перед ним кружку и отступаю обратно, убрав руки в карманы домашних штанов; опираюсь бедрами о край столешницы. - Ага, спасибо, - тут же пробует, несмотря на то, что это чистый кипяток. – Кстати, ничего так чай, хоть и пакетированный. Надо купить.
Таких странных миллионеров точно нужно заносить в Книгу рекордов. Однако не ведусь, ясное дело, пытается разрядить обстановку. Но когда сковорода накалена, глупо брызгать на нее водой.
– Так что ты сделал? – спрашиваю настойчиво.
– Ничегo такого. Написал в СБ анонимку, что вражеская разведка вступила в сговор с оппозицией Рикардо.
Ничего такого – конечно же.
То, чтo донос анонимный, лишь оттягивает время до моего ареста. Если Первого и Втoрого схватят, вряд ли они с готовностью сдадут всех, кто на них работает, или они хотят, чтобы работали. Но если у них нет, как у меня, привитой аллергии к «сыворотке правды», история будет короткой.
С другой стороны, Лаки прав, бегать бесконечно у меня все равно не выйдет. А у него на кону – благополучие собственной семьи. Поэтому опять же – без обид.
– Не думаю, что СБ не было известно о том, что творится,и без меня, но лучше перестраховаться.
– Угу, - отзываюсь.
Мне снова нечего сказать. И делать нечего, кроме как…
