— Конечно. И я бы никогда не сделала ничего такого, что могло бы поставить его под угрозу. Но ведь речь идет о моем отце, Десмонд, о его жизни. Послушай.., я вернусь через два дня, обещаю. — Кэсси пыталась успокоить его.
Напомнила себе, что оба они в последние дни живут в страшном напряжении.
— Ты никуда не поедешь, — холодно повторил он.
Господи.., что он хочет с ней сделать! Кэсси смотрела на него и чувствовала, как ее начинает бить дрожь.
— Можешь говорить что хочешь, я все равно полечу! И Билли летит вместе со мной.
— Я тебе не позволю.
— И что же ты собираешься делать?
Кэсси смотрела на него по-новому. Она никогда не предполагала, что ее муж может быть таким бессердечным. Никогда раньше она не замечала в нем подобной жестокости. Сейчас ей открылся новый Десмонд.
— Может, хочешь уволить нас обоих? Не слишком ли поздно, за пять дней до перелета? Или думаешь, что сможешь найти нам замену?
— Любому человеку можно найти замену. Рано или поздно. Хорошо, я тебе кое-что объясню, Кэсси, раз уж мы этого коснулись, если ты не вернешься, я с тобой разведусь и подам на тебя в суд за нарушение условий контракта. Ясно? Этот перелет записан в твоем контракте, и я намерен заставить тебя придерживаться его пунктов.
Кэсси не могла поверить своим ушам. Если он говорит серьезно, если он и в самом деле так думает… тогда это не человек, это чудовище. Кэсси смотрела на него с раскрытым ртом, но не могла произнести ни слова. Ник прав…
Единственное, что имеет значение для Десмонда Уильямса, — это перелет. Ему плевать на ее чувства, на ее переживания, на то, что ее отец может умереть. Он собирается развестись с ней, если перелет не состоится… Невероятно! Все, что он тут говорил, просто невероятно.
Кэсси медленно подошла к столу Десмонда, не спуская с него глаз. Да знала ли она когда-нибудь этого человека?
— Я полечу в это тихоокеанское путешествие. Потому что мне самой этого хочется. Но после этого у нас с тобой будет очень серьезный разговор.
Он ничего не ответил. Кэсси повернулась и вышла из кабинета.
По-видимому, с ним случился шок оттого, что она поставила под угрозу единственное, что его сейчас волновало, — его драгоценный тихоокеанский перелет. Однако для Кэсси открытие, что перелет для него значит больше, чем их брак, оказалось не меньшим шоком. У нее возникло чувство, что она для Десмонда всего лишь сотрудница его компании, одна из многих подчиненных.
Билли она не сказала ни слова. Они сели в самолет, поднялись в небо. Он молча наблюдал за ней. Понял, что она сама хочет вести самолет, поэтому не стал предлагать свои услуги. По-видимому, это отвлекало ее от тяжелых мыслей.
Она пыталась не думать об отце, однако, как видно, ей это не очень удавалось. Билли заметил, что Кэсси разгневана, и пытался понять, что произошло.
— Что он сказал? Ну о том, что мы с тобой улетаем?..
— Кто, Десмонд? Он сказал, что разведется со мной, если перелет не состоится. И еще сказал, что возбудит судебное дело за нарушение контракта.
Смысл ее слов не сразу дошел до Билли.
— Что?! Он это не серьезно, наверное…
— Еще как серьезно. Если перелет придется отменить, он с нас последнюю рубашку снимет. С меня, во всяком случае.
Очевидно, этот перелет означает для него гораздо больше, чем я могла предположить. Это грандиозный проект. Билли. Большие деньги, большие вложения, большой выигрыш в случае успеха и большие поборы в наказание в случае неудачи. Может быть, он даже способен возбудить иск против наших семей, если мы разобьем его самолет. — Последние слова прозвучали острым сарказмом.
Билли слушал, раскрыв рот от удивления. Он ничего не мог понять.
— Но.., ты ведь его жена, Кэсс.
— Судя по всему, нет. Видимо, просто одна из его подчиненных. Я пообещала, что мы вернемся через два дня. Если же нет, боюсь, что мы окажемся в большой луже, малыш.
Кэсси улыбнулась, несмотря на горькое разочарование. Они уже в луже, по самые уши. Хорошо, что они вместе. Хорошо, что Билли вызвался лететь вместе с ней. Он настоящий друг.
Пожалуй, единственный.
— Не переживай, мы вернемся вовремя. С твоим отцом все будет в порядке.
Однако все оказалось намного хуже, чем они надеялись. В клинике Мерси у постели отца стояли медсестра, три монахини и священник, который только что прочел над ним последнюю молитву. Все дети и внуки Пэта находились тут же. Уна тихо плакала.
Кэсси первым делом отослала детей с Билли. Она знала, что он с ними справится, у него это всегда хорошо получалось. Один из ее зятьев отправился вместе с ними. Когда дети ушли, Кэсси обняла мать, тихонько расспросила сестер.
Пэту не стало лучше. Он так и не приходил в сознание с тех пор, как Глиннис звонила в Лос-Анджелес. Через несколько минут подошел врач и сказал, что Пэт скорее всего не выживет.
Кэсси не могла этому поверить. Она видела отца всего месяц назад, пусть он выглядел и не совсем здоровым, однако ей и в голову не приходило, что он настолько болен. По-видимому, сердце давно его беспокоило, но он не обращал на это внимания, несмотря на все уговоры Уны.
Кэсси с матерью и сестрами сидели около него всю ночь.
