Заметив моё появление, Казэхана оставила бутылку и взяв меня за руку увлекла за собой в танец. Причём, ветреная красавица, как бы случайно, никого, не смущаясь, то и дело плотно прижималась ко мне. Ну а мне приходилось вести себя немного осторожней, всё-таки мы были не одни, да и ребёнок здесь присутствовал, но всё же, я тоже не отказал себе в удовольствии тишком огладить приятные мужскому глазу женские округлости, тем более что соблазнительная брюнетка, совсем не возражала.
Танцы закончились с появлением Мийи, которая тут же восстановила порядок за столом и занялась его сервировкой. Меня же отвлекло, от происходящего, появление Тсукиуми. Блондинка заглянула в комнату, но, пробурчав что-то, быстро скрылась. Однако я успел заметить, что вид у неё был потрёпанный, а плащ был порван в парочке мест.
— Тсукиуми, что случилось? — выйдя в коридор и нагнав девушку, спросил я.
— Ничего, — буркнула она, остановившись.
— Тсукиуми, — требовательно произнёс я.
— Сказала же ничего! Я просто тренировалась с домоправительницей, — по-прежнему не поворачиваясь ко мне, немного раздражённо ответила блондинка.
«Всё ещё злиться из-за сегодняшнего утра?» Не говоря больше ни слова, я просто обнял её сзади и прижал к себе.
— Прости, солнышко, — прошептал ей тихо на ухо.
В первые мгновения моя секирей напряглась, мне даже показалось что она хотела вырваться, но, видимо, быстро передумала и напряжение покинуло её тело.
— Минато… — вдруг, нерешительно, заговорила она, — хоть я и называю себя твоей женой, но… Но… — Тсукиуми замолчала, видимо не в силах подобрать слова, а я почувствовал, как она снова начала напрягаться.
— Ты моя секирей, и я рад что ты хочешь быть моей женой, — заговорил я, — я понимаю, что тебе бывает не легко выразить свои чувства, но я знаю, что дорог тебе, так же, как и ты дорога мне.
Несколько мгновений мы провели в тишине, моя златовласка молчала, однако я ощущал, как внутри неё бушует целая буря эмоций, но вот она вздохнула и взяв мою руку, положила себе на грудь.
— Минато, ты чувствуешь?
— Да, твоё сердце. Оно стучит так быстро.
— Это всё ты виноват. Только когда ты рядом оно бьётся так быстро…
— Я рад, — улыбнулся я.
— Котяра бессовестный… — совсем тихо прошептала секирей в моих объятьях.
— Тогда ты моя кошечка, — прошептал я ей на ухо.
— П… Правда? — смутившись, спросила блондинка, — Ты правда хочешь, чтобы я была твоей?
Я ощутил, как Тсукиуми замерла, она даже дыхание затаила, а ещё я ощутил страх. «Неужели она и впрямь думает, что я могу сказать “нет”?»
— Конечно, ты и так уже моя, не так ли?
— Да… — прошептала моя четвёртая секирей и прикрыв глаза, облокотилась на меня.
Пожалуй, это был первый раз с момента нашего знакомства, когда Тсукиуми, осознанно, до конца, расслабилась в моих объятьях, полностью доверившись мне.
— Ах, какая идиллия, ки-ки-ки, — прозвучало у нас из-за спины.
Естественно, Тсукиуми тут же встрепенулась и вырвалась из моих объятий. Пылая краской аки маков цвет, она ошалелыми глазами посмотрел на Матсу, а потом уставилась на меня.
— М… Минато! Т… Ты… Ты! — задыхаясь не то от возмущения, ни то от смущения, блондинка наставила на меня указательный пальчик, — Котяра бессовестный!! — выпалив это она развернулась и бегом бросилась в глубь дома.
Проводив Тсукиуми взглядом, я развернулся и улыбнулся Матсу, причём, та, почему-то, мигом перестав ухмыляться, икнула и попятилась.
— М… Мийя покусала Минато! — пискнула она.
Сделав шаг на встречу к рыжей негодяйке, я клацнул зубами, в кусачем жесте. Матсу же, совсем по девчачьи, взвизгнула и скрылась в комнате. Покачав головой, я вздохнул. Судя по звукам, доносящимся из гостиной, веселье набирало обороты.
«Пожалуй, Тсукиуми лучше, пока, оставить в покое, пусть немного остынет. А вот куда, интересно, запропастилась Мусуби?» Решив найти свою кареглазку, я направился на улицу, в сад. Однако осмотрев его, и заглянув даже в сарай, никого не обнаружил. «Может быть она принимает душ?» — мелькнула у меня мысль. Вернувшись в дом, я направился в нашу комнату, но замер у лестницы на второй этаж, так как услышал разговор.
— … Это не то что ты сможешь долго скрывать. Да и что скажут у тебя на работе? Особенно все те девушки, покорённые твоим обаянием. Хотя странно, я никогда не находило следов помады или запаха чужих духов на твоих вещах.
Этот голос явно принадлежал хозяйке доходного дома Изумо.
— Мне не до шуток Мийя, несмотря ни на что это продолжается. Чёрт! — послышался глухой удар, — даже после всех тех ночей… — голос прервался.
Я могу ошибаться, но похоже второй была Кагари?
— Ара, у тебя был секс? — прозвучал удивлённый голос Мийи.
— Да, — нехотя ответила Кагари? — но это было уже после, и только для того чтобы найти мою ашикаби и прекратить всё это! И естественно с мужчинами у меня ничего не было…
— Погоди, так всё это началось…
— Да.
После нескольких мгновений молчания Мийя заговорила вновь.
— Но это может означать лишь одно… Твоя печать пробудилась?
