Она бы дрожала, но мышцы тела совсем не слушались хозяйку. И всё что она могла это крутить глазами. Девушка попыталась сконцентрироваться на одном из врачей, но через секунду поймала себя на мысли, что забыла зачем это делает.
Мысли путались, было трудно думать. И в эту самую секунду она почувствовала острый скальпель на своём виске.
«Циркулярный нож», подумала она, представив себе, как он скрывает кожу с её черепной коробки, медленно двигаясь по окружности. Тёплая, алая кровь которая только что наполнили все её вены сейчас стекала по лицу. Кровь бережно вытирал помощник доктора.
А девушка так и лежала живая и безжизненная одновременно, будто заключённая в своём собственном теле, словно в тюрьме.
«Спасибо, что боретесь за меня. Но почему бы меня просто не отпустить», подумала она, опустив отяжелевшие веки.
И в эту секунду Юля почувствовала, как оператор снимает с её головы верхнюю часть черепной коробки. А чьи-то умелые руки буквально погружаются в её тёплый мозг.
Это ощущение нельзя ни с чем спутать. Мысли становятся забавными и странно переплетаются. Яркие вспышки, сопровождаемые какими-то вкусами цветами запахами переворотом сознания, они составляют самые дикие образы.
«Такой массаж мне никогда никто не делал», подумала она и почему-то вспомнила, как Маршал делал ей массаж лодыжек.
«С открытым массажем мозга это не сравнится», Юля была уверена, что улыбается в этот момент.
Она почувствовала счастье, горе, страсть и радость.
«Вся моя личность, вся я в этом мозге. Ну что поделать если кто-то может так просто туда забраться. И там творить, что хочет. Чувствую себя такой уязвимой».
В некоторые секунды возбуждение становилось почти сексуальным. В другие хотелось блевать. В третьей она отключалась, но в четвертые просыпалась вновь. Она чувствовала эти тёплые руки и ласковые движения. Казалось, что так будет вечно.
Внезапно профессор открыл цилиндрический сейф и достал оттуда что-то небольшое, сверкающее словно солнце.
- Нейрочип, - зачем-то поговорил он и передал сверкающий предмет коллеге.
Девушка почувствовала острый укол в мозгу и рассекающуюся благость после него. Ей казалось, что чип монтировали и прямо в мозг куда-то в центр сознания, а может к черепушке.
«Эй вы! Покажите, что вы делаете с своим мозгом. Это мой мозг вы не имеете права, это моя личность?» Мысленно кричала она не могла произнести ни звука, нижняя челюсть словно онемела, дыхательные пути закрывала трубка.
- Всё, - зачем-то произнёс профессор. И Юля увидела часть собственной черепной коробки отрезанной циркулярным скальпелем и брошенной на алюминиевый поддон. Её отмыли каким-то шлангом А после поставили назад. Из стали прижигать как будто сваркой.
Девушка чувствовала запах плавленой плоти. А ещё она теперь чувствовал этот чип у себя в мозгу. Он словно камень боли с каждой секундой рос, давя на стенки черепной коробки изнутри. Всё время угрожая ей взорваться.
Боль становилась нестерпимой.
«Хватит!» Мысленно прокричала она, а по щекам катились слёзы.
Её как будто услышали. Один из докторов сказал:
- Отключай её.
- Сейчас, я не закончил, - ответил другой, и стал методично срывать с неё электроды. Он вынул все катетеры из рук, а после он достал из горла трубку. И настоящий холодный воздух вместо кислородного концентрата попал в её лёгкие. Он был недостаточно насыщенный, но своим холодом обжигал изнутри.
Она впервые дышала своими лёгкими без трубки, безвольно глядя приоткрытыми глазами на потолок лаборатории, где торчал светильник.
«Так хорошо и спокойно». Думала она, глядя на то, как гаснет свет, в тот самый момент, когда её голову стал забинтовывать один из ученых.
Юля не помнила, как она уснула и мгновенно погрузилась в сон.
Перед ней были яркие картинки из детства. Она видела себя маленькой. Она бежала к маме по песку океана, оставляя на нём неглубокие следы, которые тут же заполнялись холодной шипящей пеной.
- Мама, мама! – Весело прокричала она и бросилась в ее объятия. А мама радостно крутила её на руках и поднимала над головой.
А после они целый день гуляли по побережью, собирали камушки и обкатанные кусочки зелёного стекла.
Во сне она чувствовала искреннее счастье. Она находила очередная камушек и бежала его показывать маме. А та складывала их в бумажный пакетик, торжественно обещая, что всё заберёт с собой домой.
Внезапно Юля заметила кое-что. Большую красивую раковину, такую красивую, каких она не видела никогда даже на картинке. Та сверкала в перламутровом блеске солнечных лучей. Юля просто не могла поверить, что такие красивые вещи вообще существуют. Она радостно подбежала к ней и схватила.
Но раковина оказалась живой она зашевелилась в её руках, и перепуганная девочка бросила её на песок. Она несколько секунд испугано смотрела на неё, когда заметила, что из-под раковины вылезают щупальца. Следом за ними огромный глаз. Он посмотрел по сторонам, определяя где поблизости есть море, и медленно поковылял туда. Всё это время его глаз неотрывно смотрел на девушку. Заглядывая ей как будто в душу.
«Что-то должно случиться», испуганно подумала она.
