— Можно? — спросил я, высовываясь из-за балконной двери.
— Нужно! — рявкнул в ответ шеф.
Я прошел в кабинет, стараясь не ронять перья на ковер, и встал с независимым видом, уставившись поверх головы шефа на красочную эмблему нашей фирмы, висящую на стене.
— Что ты там новое углядел? — продолжал ворчать шеф. — Не можешь в глаза смотреть? Правильно! Опять ты у нас отличился. Ох, лопнет мое терпение, и пошлю я тебя ко всем чертям…
Я непокорно молчал. А что такого страшного случилось? Ну, пролетая мимо одного из окон многоквартирного дома, я заметил там дамочку, взявшую моду ходить в неглиже, а она, на мое несчастье, заметила меня. Ну, подняла она шум, а я от избытка чувств спикировал вниз, на тротуар, где прохожие не замедлили также выразить мне свое неодобрение.
Не пошлет он меня никуда. Не так уж много выходит из кокона крылатых фурблов, а тех, кто может нормально летать, еще меньше. Поругает, премии лишит, а не уволит. В одной лодке сидим.
— Ты позор фирмы. Мы «Орлиные крылья» или что?
Я невольно хмыкнул. Дело в том, что мой шеф, мистер Дуглас Игл, был единственным живым существом в нашей компании (не считая секретарши и кактуса), не имевшим крыльев. Так что само название казалось мне шуткой. К сожалению, сам Игл относился ко всему весьма серьезно.
— Смеешься? Как бы плакать не пришлось! Ладно, прощаю, но в последний раз. Получи у Мэри задание и лети. Да смотри, чтоб без фокусов. Глаза б мои тебя не видели!
Меня зовут Кен Веттер. Мне двадцать лет. Четыре года назад я стал фурблом. Кто знает, как сложилась бы моя жизнь, будь все иначе? Вообще-то я был (и остаюсь) порядочным разгильдяем. Вряд ли бы я окончил колледж и стал примерным членом общества. Скорее всего, стал бы одним из «одиноких странников», бродящих по стране в поисках цели и смысла бытия.
А смыслом моей жизни стал полет. Не сразу я оценил щедрый дар судьбы, но когда осознал — возрадовался. Нет, не случайно мне даны были крылья, есть в этом что-то созвучное моей мятежной душе. Детские сны воплотились в жизнь. Теперь сочетаю приятное с полезным.
Я поднимаюсь над городом и парю. Вот то, что мне нужно, простор и свобода. Здесь, наверху, все звуки сливаются в один мерный рокот большого города. Мой путь лежит между зеркальными монолитами небоскребов. Кажется невероятным, что их возвели те маленькие козявки-людишки, которые бесконечным потоком бегут по улицам или давятся в автомобильных пробках. Летают, правда, вертолеты, но не так уж их много. Слишком дорогое удовольствие для бескрылых.
Что ни говори, а самые быстрые, надежные и дешевые курьеры в городе — это мы, «Орлиные крылья». Так, по крайней мере, утверждает наш шеф, понося при этом конкурентов — «Небесных драконов» Хван Чанга.
Я встретил ее на одной из своих любимых посадочных площадок.
Собственно, никакие это не посадочные площадки, а просто достаточно широкие карнизы, крыши или другие архитектурные детали, на которые не претендуют люди, и которые могут использовать для передышки в полете такие существа, как я.
Она блестела фиолетово-черной чешуей, покрывавшей ее тело словно цирковое трико. Очевидно, по этой причине, она не считала нужным носить другой одежды. Обтянутую гладкой темной кожей голову венчал костяной гребень. За спиной виднелись перепончатые крылья рептилии.
— Привет! — сказал я, приземляясь рядом. — Вы здесь часто бываете?
— Привет, — улыбнулась она. — Вообще-то я здесь случайно.
— Кен Веттер, — представился я.
— Синтия Дрейк.
Мы пригляделись друг к другу. Судя по фирменной сумке на боку, она поднялась в воздух не ради забавы.
— Ты из «драконов»? — прямо спросил я.
— А ты, наверное, из «орлов»? — догадалась она.
Мы представляли враждебные организации. Это возбуждало.
— Давно летаешь? — деловито спросил я.
— Год и три месяца.
Я покровительственно ухмыльнулся: мой стаж был куда больше. Эта реакция не ускользнула от ее огромных золотистых глаз. Она вызывающе посмотрела на меня:
— Давай, кто быстрее до того купола?
— Давай.
На моей стороне было эволюционное преимущество птиц, да и опыт в полетах. Я без труда обогнал ее, не задумываясь о том, что теряю время (которое — деньги). Однако Синтия не унималась.
— А так сможешь?
Она сделала в воздухе трехкратное сальто-мортале. Видимо, это был самый крутой из ее трюков. Бедняжка! Я без труда повторил его.
На последнем витке из моей неплотно закрытой сумки выпал пакет и, недолго думая, камнем рухнул вниз. Я сложил крылья и спикировал следом. Мне удалось поймать свою поклажу в нескольких футах над головами ошарашенных прохожих. Испуганно заплакал чей-то ребенок.
Когда я вернулся на высоту, Синтии уже и след простыл. А вернувшись с задания, я получил очередной разнос от шефа.
Я вспоминал эти воздушные свидания, пытаясь выяснить для себя важный вопрос: действительно ли мисс Дрейк подставляет меня, провоцируя на неподобающие серьезному и ответственному «орлу» поступки, или у меня развивается паранойя? Ведь тот первый раз был отнюдь не последним. Она была всегда мила со мной, но почему-то вечно я оставался в дураках.
