Этот воздушный бой стал как бы переломным, заставил многих поверить в свои силы, а враг почувствовал превосходство советских летчиков. Победа была хорошим вкладом в боевой счет полка, которым мы должны были оправдать гвардейское звание.
По сгоревшему самолету ведущего мы не могли определить, кто на нем летал, а вот на фюзеляже ведомого мы насчитали 26 знаков - свидетельство сбитых самолетов воюющих против гитлеровской Германия стран.
Командование полка в полном составе прибыло в эскадрилью. Поздравив нас, Кругов заметил, что такой бой нужен был давно, нужен всем, от механика самолета до командира полка.
Мне даже неловко стало от обилия поздравлений. Радовался я не только за себя. Жители деревни, эвакуированные ленинградцы, проезжавшие в это время по дороге, с замиранием сердца наблюдали этот, по сути, редкий показательный бой.
День этот был отмечен еще одним счастливым событием: с рассвета армия генерала Федюнинского начала наступление на Любань, с тем чтобы, взаимодействуя с соседями, прорвать блокаду Ленинграда с восточного направления.
Полк получил задачу поддерживать Федюнинского, не забывая при этом о ледовой трассе.
Прибежал взволнованный Михаил Васильев. Крепко обнял меня.
- Спасибо, Вася, я сразу понял твой замысел, когда ты пошел на задание замыкающей парой... Ну, будь здоров, лечу прикрывать наземннков 54-й армий в районе Малукса-Погостье. Дай мне пару Кузнецова для страховки сверху. Хочу построить боевой порядок в три эшелона и схватиться с "мессерами" над линией фронта.
- Может быть, возьмешь меня? Повторим тот вариант, помнишь, над Ханко со "спитфайрами".
Он покачал головой.
- Ты уж веди свою эскадрилью. День сегодня будет горячий.
- Хорошо. Кузнецов и Петров минут через двадцать будут готовы. Придут к тебе уточнить задание.
Итак, впервые Васильеву удалось построить группу в три эшелона. И вот его четверка патрулирует на высоте 2500 метров. Пара Алексея Лазукнна выше на четыреста метров и несколько в стороне. Третий эшелон на высоте 3500 метров занимала пара Кузнецова, она держалась километрах в двух от основной группы в стороне наших войск.
На первый взгляд такое построение третьего эшелона казалось ошибочным. Пара Кузнецова на отшибе могла быть атакована двумя парами "мессеров", действующих обособленно. Но Васильев рассчитывал на осмотрительность Кузнецова и Петрова и на летные качества самолетов И-16 29-й серии, на которых эта пара летала.
Расчет и замысел Васильева полностью оправдались. Пост визуального наведения, находившийся в первом эшелоне войск 54-й армии, своевременно подсказал Васильеву, что три Ю-88 и четыре Ме-109 на высоте 2500 метров идут с запада на восток над своими войсками вдоль линии фронта.
Васильев обнаружил самолеты врага, когда они были на расстоянии пяти-шести километров от его группы. Набирая запас высоты, он пошел параллельным курсом вдоль линии фронта. Васильев не торопился атаковать "юнкерсы" на территории, занятой противником. Нужно было разгадать их замысел и не упустить из виду новые группы вражеских истребителей, особенно "охотников", которые будут стараться отомстить за гибель двух асов.
"Нет ли здесь ловушки?" - подумал Михаил, едва сдерживаясь, чтоб не броситься в атаку,
Выдержка принесла плоды. Три пары Ме-109Ф на высоте 3000 метров появились со стороны Погостья, то есть сзади. Они подходили на повышенной скорости, собираясь атаковать нашу шестерку в момент, когда она нападет на "юнкерсов", находящихся над своими войсками.
Вдруг в наушниках раздался голос Кузнецова:
- Миша, атакуй быстрее "юнкерсов", а я задержу "охотников". Вижу их ниже себя справа. Атакую!
Пара Кузнецова, имея преимущество в высоте и дав моторам максимальные обороты, атаковала среднюю пару Ме-109Ф. "Мессеры" сделали переворот и ушли вниз. Тогда Анатолий довернул вправо и обстрелял сразу четырьмя "эрэсами" последнюю пару и тоже заставил шарахнуться в сторону и вниз.
Не давая немцам выбрать себе удобную позицию для ответных атак, Кузнецов на предельной скорости начал преследовать "охотников", но дистанция между ними не сокращалась. "Мессеры", боясь попасть под разрывы реактивных снарядов, сделали правый боевой разворот и в свою очередь нацелились на Кузнецова. Пока Кузнецов и Петров возились с "охотниками", прошло полторы-две минуты. Этого было достаточно, чтобы внести путаницу в планы врага.
Этот маленький отрезок дорогого времени успешно использовал Васильев. Тремя парами, не вступая в бой с прикрытием, он на встречно-пересекающемся курсе с ходу атаковал всех трех бомбардировщиков. Атака была неотразима. Самолеты ударной группы имели на борту по две 20-миллиметровые пушки и по два скорострельных пулемета. Результат видели все: два бомбардировщика из трех врезались в землю.
- Прикройте! Атакую последнего "юнкерса", - крикнул по радио Васильев своим ведомым.
Две его пары и подоспевшая пара Анатолия отогнали четверку Ме-109Ф, и Васильев, настигнув уходящего "юнкерса", одной длинной очередью уничтожил его в нескольких километрах от линии фронта, над боевыми порядками фашистов.