– Я имел в виду метафорическое появление.
Джини с облегчением подумала о том, что ее муж не видит призраков. Никто бы не удивился, если бы дело обстояло иначе. Очень многие верят в привидения… Она принялась извиняться за свою настойчивость. Ардет – сильный мужчина, таким, как он, не нравится, если женщина проявляет инициативу.
– Тебе не за что извиняться, дорогая. Ты пришла ко мне в комнату, и это для меня большая честь. Милая, полная желания жена – это воплощенная мечта каждого мужчины. Но я хочу, чтобы наша первая брачная ночь, ознаменование нашего союза, стала бы настоящим чудом для нас обоих, когда это наконец произойдет. И пусть это произойдет в Ардсли-Кип. Там никто нас не потревожит, и нам не надо будет никуда уезжать с утра.
Он поцеловал ее долгим и нежным поцелуем. Он почувствовал, как она прильнула к нему. Он почувствовал ее мягкость и свою… мягкость. Он поскорее отодвинулся, чтобы она не заметила этого.
– Я уверен, что все так и будет. А теперь иди и ложись спать. Завтра ты и оглянуться не успеешь, как мы уже будем в Ардсли-Кипе.
– Надеюсь, – произнесла она и поднялась на цыпочки, чтобы коснуться его губ легким поцелуем. – Надеюсь, – повторила с мольбой и обещанием в голосе.
Теперь Ардету тоже оставалось надеяться, что его несостоятельность исчезнет еще до того, как кончится это долгое путешествие.
Ардет рассчитал время последнего отрезка их пути, чтобы, проведя ночь в гостинице и йыехав с утра, они уже через несколько часов добрались до имения. Добрались при дневном свете, отдохнувшие и в чистой одежде, предупредив о своем появлении запиской, которую граф отправил из гостиницы с одним из своих грумов.
– Тебя не беспокоит, что таким образом ты можешь известить врага о точном времени твоего приезда? – поинтересовалась Джини, когда они сели за стол позавтракать перед отъездом.
Мисс Хэдли завтракала у себя в комнате наверху, тактично предоставив им остаться наедине в приватной гостиной.
Джини ограничилась единственным хорошо прожаренным тостом, чтобы появиться в своем новом доме в достойном и приличном виде, а не с позеленевшим и одутловатым после рвоты лицом.
– Враг в Ардсли-Кип? Что-то сомнительно, – возразил Ардет, поглощая бифштекс и пирог с почками – фирменные блюда гостиницы.
– Расскажи мне, кто там будет, чтобы я как-то подготовилась.
Ардет и сам хотел это узнать и потому велел своему посланцу потолковать с дворецким после того, как вручит ему письмо. Грум, возвратившись, сообщил, что мисс Калвертон и школьный учитель уже на месте, так же как и вдова викария с дочерьми. Все они дожидаются приезда графа и размещения в коттеджах сразу после этого.
– Я полагаю, что они быстро сообразят, что Кип гораздо удобнее, чем любой пустой дом на свете, – сказал Ардет во время завтрака. – А там посмотрим.
Помимо отправленных Ардетом в имение новых обитателей на месте были и те, кто поддерживал порядок в доме и в имении в целом со всеми его угодьями. В течение многих поколений члены семейства Спотфорд были неотъемлемой частью Кипа, управляя собственностью. Первым из них был младший брат первой жены Ардета, оставленный охранять и защищать замок, когда сам Ардет ушел воевать.
– Они мои дальние родственники, – пояснил Ардет, – и всегда жили в Ардсли.
– Но они не из той ветви, которая могла бы претендовать на наследство? – поинтересовалась Джини, которая не переставала думать о мотивах покушения на ее мужа, изыскивая их в любой мелочи.
– Нет, они не являются родней по прямой линии и не могут наследовать ни титул, ни земельные владения. Но даже если бы и могли, то ни Кип, ни земельные владения не являются частично отчуждаемыми. Титул был, как выражаются юристы, временно приостановлен в действии, когда некий стародавний его обладатель скончался, не оставив прямого наследника, – Ардет не счел нужным добавить, что это был Корин из Ардсли. – Все относящиеся к этому делу документы сгорели во время пожара, также как и приходские записи. Когда наследник был обнаружен, как я полагаю, – мой прадед, он не проживал в Англии. Намереваясь вернуться на родину, он подал прошение королю о восстановлении титула и патентных документов о преемственности его и прав наследования. Прадед так никогда и не увидел Англии. Не жил в ней и мой отец, но условия остаются четко оговоренными: если у последнего графа нет сына, он может распорядиться благоприобретенными землями по своему усмотрению, но замок и титул возвращаются Короне. Наибольшая часть владений в течение долгих лет приобреталась заграничными агентами на деньги из других источников. Владения принадлежат мне, я вправе завещать их кому пожелаю. Денежные средства также мои, они не имеют отношения к титулу.
Джини знала, что правила преемственности различны для разных титулов. Некоторые могут переходить по женской линии даже при наличии прямых наследников мужского пола.
– Значит, Спотфорды не могут извлечь выгоду из твоей смерти?
