Илья
Настало утро. В моем случае — это час дня. Я открыл один глаз и перевернулся на другой бок. Видения не давали снова уснуть. На этот раз мне привиделся Назар. Он стоял возле своей красной машины с вычурной аэрографией на капоте и улыбался. К нему подошла Лана, поцеловала в щеку и сказала:
— Как дела, муженек?
Я опешил и отошел на шаг назад. Она посмотрела на меня, подмигнула и поцеловала брата в засос. Так же, как недавно целовала меня. Земля ушла из-под ног, но я взял себя в руки. Двинулся к ним. Хотел потребовать объяснений, но она прервала меня жестом. Я застыл на месте и посмотрел в ее серые глаза. Такой холод и отрешенность. Почему? Что я сделал?
Назар ухмыльнулся и разжал ладонь, выпуская мотылька с белыми крыльями. Насекомое подлетело ко мне, порхая у лица, и плавно опустилось на асфальт. Превратилось в пепел в тот же миг.
Лана опустилась на колени и сгребла пепел в руки. Сжала кулак и уставилась на меня.
— Вот видишь: ты несешь мне смерть. Мотылек не ошибается. Уходи!
Ее огромные глаза смотрели в мою душу. Я подошел, наклонился и схватил ее за запястье.
— Нет. Я не уйду. Этот мотылек обман. У твоего — черные крылья.
Она брезгливо вырвалась и наградила меня свирепым взглядом.
— Уходи!
В глазах потемнело. Такое часто бывало. Скоро должно отпустить. В клетке закричал Патрик. Я давно его не выпускал размять крылья.
Шум вернул меня из омута последствий от видения. Пелена спала, и я потер глаза.
— Сейчас. Замолчи, — проскрипел я.
Ненавижу такие пробуждения. Действие алкоголя закончилось, и от видений никуда не деться. Еще и сова орет без устали. Невыносимо.
Телефонный звонок вторил общему шуму. Я поднес сотовый к уху.
— Да.
— Сегодня в девять тренировка. Будь в форме.
— Понятно. Где?
— Собираемся во дворе возле главпочтамта. Отнесись серьезно.
— Хорошо…
Эрик не дослушал и звонок сорвался. Я вздохнул, поднялся с кровати и выпустил сову на улицу, но Патрик и не подумал улетать. Сидел на подоконнике, склонив голову набок.
— Не смотри так. Сейчас умоюсь, — махнул я на него рукой и вышел из комнаты.
По пути заглянул на кухню. Инна с наушниками в ушах пританцовывала у плиты, умело переворачивая омлет.
Прохладная вода возвращала меня к жизни. Что бы я делал без душа? Только он по утрам бодрит лучше кофе.
До тренировки времени еще много, и я сразу вспомнил о Лане, а следом о видении. Неспроста Назар в него вклинился. Что-то пошло не так. Но почему она брата называла мужем? Снова дебри, из которых не выбраться. Допустим, с мотыльком разобрались. Это ее тотем, но почему он постоянно меняет цвет крыльев? Не хватает мне мозгов, чтобы разгадать эту загадку.
Я вышел из ванной и направился на кухню. Завтрак манил приятным ароматом. Сестра уже сидела за столом, подергивая ногами в такт музыке, и с аппетитом поедала омлет. Я опустился на стул напротив нее. Инна не обращала на меня внимания, увлеченная телефоном.
— Инна! Эй! Да посмотри сюда! — закричал я и стукнул кулаком по столу. Удар болью отозвался в голове, и я поморщился.
— Чего тебе? — недовольно пробурчала она, вынимая наушники из ушей.
