Мысли четко выстроились в голове. Отец говорил, что ее время уже пришло и лишь от нее всё зависит. Как там? Вспомнить то чувство когда мурашки побежали по рукам. Сначала идет онемение, потом жар. Первая волна преображения охватывает шею, перетекает на лицо. Хочется расцарапать, так чешется. В этом месте Таннис обычно пугалась и отпускала напряжение, охватывающее тело. Но только не сейчас. Тарг предупреждал, что первое преображение проходит очень болезненно. Тело сопротивляется. И обычно взрослые помогают молодым преодолеть эту боль. Потом будет легче. С каждым разом легче.
Таннис как мантру повторяла – «Потом будет легче». Она выдержала эту боль. Странно волна преображения ухнула по телу вниз, неся даже не боль, а облегчение. Девушка задержала дыхание, напряглась и закричала от накрывшей ее резкой боли. Резкой, пронзающей всё тело. Боль сосредоточилась в верхней части спины. Казалось, что к лопаткам прижали раскаленные головешки. Жгло. Жгло так, что хотелось прыгнуть в ледяную воду. Вдруг Таннис рвануло назад, и боль волнами схлынула. Она пыталась проморгать залитые слезами глаза, а вокруг слышались восторженные крики.
Девушка неуверенно повела плечами. Что-то огромное оттягивало ее назад. Где-то в районе лопаток она чувствовала новое, необъяснимое. Мышцы спины как бы разделились. Проведя рукой по заплаканным глазам, она скосила взгляд назад. Угол крыла возвышался над ее головой почти на полметра. Усилие, и это крыло поднялось, выпрямилось и задрожало, нависая над головой. Она повернула голову в другую сторону. И это крыло тоже беспрекословно слушалось ее. По-детски шмыгнув, Таннис перевела взгляд вперед. Она была голой. Но это ее не смущало, потому что все тело покрывала чешуя. Яркая, блестящая, ее собственная чешуя. Каждая чешуйка отливала синим цветом, а краешек переходил в фиолетовый. И они все сияли.
Эйфория быстро прошла, как только ее взгляд коснулся распростертого перед ней тела. Таннис нагнулась над Лером.
- Уже поздно… У Вас не хватит сил, Вы слишком молоды. - Сидевший напротив нее мужчина горестно опустил голову.
- Нет! – Таннис даже сама не поняла, как этот крик сорвался с ее губ, - Нет! – повторила она тише и жестче, - Как они это делали? – Она смотрела вверх на командира, но похоже, что не сильно ждала от него ответа. Она ведь целительница. Она знает, как лечить магией. Ну и что, что магия другая, навряд ли действия должны сильно отличаться.
Эргара, а теперь она была именно ей, а не нанией, как привыкла, протянула руки к телу, которое покидала жизнь. Она не отпустит его. Не сейчас, когда он спас ее. Защитил. Он так дрался, она так же самоотверженно будет его спасать. Оказывается новая сила чуть отличалась от прежней. Зеленая магия наний походила по ощущениям на воду, которую нании изливали из своих рук. Белое свечение, возникшее на кончиках пальцев Таннис, больше было похоже на пламя. Оно даже так же жгло руки, как и огонь, но в то же время ласкалось и согревало. Таннис напряглась, как делала это при усилении потока магии. Белый свет окутал все ее руки, тонкой пленкой перетекая на медленно дышащее тело.
- Госпожа, это бесполезно, он уже почти не дышит, - Воргар, она вспомнила его имя, осторожно протянул руку, чтобы коснуться ее плеча. Таннис сама не ожидала от себя того, что произошло. Угрожающее рычание и оскаленные зубы встретили руку тумара. И он упал на колени, со страхом и восхищением глядя на целительницу.
Стон под ее руками удивил не только всех вокруг, но и ее саму. Она смотрела и с неверием следила, как встопорщенные ранами чешуйки на теле Лера возвращаются в свое исходное состояние. Укладываются ровными рядами, закрывая срастающиеся раны. Как сломанное крыло с громким щелчком встало на место и после этого медленно, но неотвратимо волна преображения прошла по телу парня, и у ног девушки с облегчением застонал Лер, открывая глаза.
***
Таргу доложили о побеге Таннис почти сразу, вот только найти его удалось лишь через полчаса. Он с утра разбирался с делами в городе.
Опускаясь на поляну в сопровождении еще дюжины стражников, он как раз успел к финалу. На земле полулежал обессиленный Лер, стыдливо поддергивающий распоротые раффом штаны. Вокруг стояли в коленопреклонённых позах возбуждённо переговаривающиеся тумары. А его дочь, истинная эргара, с неумело хлопающими за спиной крыльями бросилась к нему в объятия.
- Отец, - голос Таннис звучал глухо из-за того, что она прятала лицо у него на груди, - прости, я так виновата. А еще - я не могу обратно. Никак.
- Ну, это очень просто, - Тарг приподнял ее лицо за подбородок и, глядя в глаза произнес, - В этом я тебе как раз помочь смогу.
Его взгляд вдруг стал пристальным, в глазах заискрилось пламя, и девушка буквально утонула в них. Когда она очнулась, то уже стояла поддерживаемая Таргом как человек. Спину тянуло, как будто она всю ночь таскала огромные мешки, а ноги подкашивались от усталости.