Под вопли случайно оживлённой когда-то мерзавки дракон и волшебница вошли в замок.
— Ну и срач! — возмутилась Тиана. — Хуже, чем у меня в квартире! Где все?
Она ногой пнула кушетку, стряхивая с неё пыль и какой-то хлам, уложила принца, не озадачившись удобством в виде подушки, повернулась к дракону.
— Объяснись! — потребовал Леон.
— Нет. Сам думай. Мозг жиром заплыл, пока у людей гамбургеры жрал? — поддела воительница, разозлённая кариатидой.
Дракон привычно дёрнулся на обидчицу, но Тиана только насмешливо посмотрела, и тот присмирел — в этом мире всё иначе.
Ноён вытянула руку, и дракон покорно вышел из замка. Сначала он расправил крылья — непередаваемо больно и одновременно приятно! Затем стал трансформировать всё тело: медленно и осторожно. Он сам пока не знал, что нового появилось у него за эти три с лишним года, пока он, экономя магию, не перевоплощался. Дракон уже заметил, что вдоль крыльев появились шипы в виде зазубренных когтей. По всей длине хребта тоже вылезли острые, как лезвия, пластины. Он попытался сложить их в том месте, где должен был сидеть всадник. Получилось. Голова обзавелась четырьмя дополнительными рогами. Теперь у него их двенадцать, череп защищён полностью. Коготь на левой передней лапе расслоился, создавая дискомфорт. Дракон вырвал его зубами и тут же отрастил новый, целый. Пару раз чиркнул о камень, наводя жало. Огляделся. Фиолетовые бока мерцали серебряными всполохами. Чешуя становилась крепкой и острой, напитываясь магией наездницы.
Аметист с благодарностью склонил свою величественную голову перед Тианой. Хлопнул крыльями трижды, заявляя о своей готовности. Тут же спину приятно придавило весом всадницы.
— Во дворец! — скомандовала Ноён.
Король не выказал ни радости, ни удивления при виде вернувшейся волшебницы. Девушка стояла перед ним на правом колене и покаянно отчитывалась:
— Я не справилась с заданием, Ваше Величество!
— Почему?
— Кто-то вырубил меня заклятием, а потом я потеряла память и почти четыре года жила, как смертная под надзором кентавра и фавна.
— Как ты пришла в себя? — равнодушно поинтересовался король.
— Сегодня вечером в одном из баров я подралась с юношей, который случайно оказался принцем, и пролила его кровь, — не поднимая головы, ответила Ноён.
— Это был Тэмир?
Девушка снова кивнула.
— Я не сразу поняла, что произошло. Потому что с меня сходило заклятие.
— Этот мальчишка наложил на тебя Забвение?
— Думаю, это была принцесса Тэсса, — покачала головой Тиана, не поднимая на Повелителя глаз. — Парню тогда было всего шестнадцать. Вряд ли он мог такое сотворить. Заклятие Забвения не каждому взрослому магу под силу.
Король кивнул, соглашаясь. Но Тиана пока не догадывалась о том, что знал правитель. Монарх надавил на один из камней на своих пальцах, и в комнату вполз человечек со свитком в руках. Король потребовал:
— Отдай Ноён.
Свиток был возложен на руки Тианы, и человечек так же уполз. Раскрыв его, волшебница прочитала следующее: «Согласно предсказаниям звёзд, камней, небес и ветра, причиной падения с престола нынешнего короля станет тот, чья Царственная кровь чиста. Кого не признал дракон. Кто прибыл из другого мира, чтобы получить своё по праву рождения». Прочитав это, Ноён нахмурилась. Король снова заговорил:
— Ты сказала, что дралась с ним в том мире, но предсказатели говорят, что он уже тут. Что ты думаешь об этом?
Ноён снова заговорила:
— Я думаю, что вовремя вернулась из того мира, ведь, получается, только я знаю его в лицо и могу найти в любом краю Эльвондии. Но что с его драконом? Его уже обнаружили?
Короля передёрнуло. Предсказания начинают сбываться! Он посмотрел на волшебницу и потребовал:
— Найди и уничтожь принца, Ноён! Дракон без наездника не опасен!
Тиана поклонилась, встала и вышла. Ей показалось, что за то время, пока она отсутствовала, что-то изменится. Но теперь, глядя на придворных, кучковавшихся в приёмной, девушка поняла, что некоторые вещи не меняются. К примеру, ни одна волшебница не ответила на её поклон, а маги, с интересом наблюдавшие за ней, отворачивались, стоило ей посмотреть на кого-то конкретно. Что ж, можно сказать, она сама виновата в том, что к ней так относятся: большинство магов были когда-то её соперниками и потерпели поражение. А волшебницы уверены, что девушка пользуется чарами бьюти-мага, чтобы охмурять мужчин.
Ноён покачала головой: если все маги её ненавидят, кого она очаровала? Подумали бы своими пустыми головами, чем она может привлечь магов, тем более тут, в Эльвондии, переполненной прекрасными, нежными, покладистыми волшебницами? И тут, словно противореча её мыслям, к ней подошёл смутно знакомый маг. Девушка даже напряглась, вспоминая, где и как они с Леоном его победили? Однако как только мужчина начинает говорить, мурашки бегут у девушки по коже: