Барон давал за своей дочерью пять тысяч рублей. Не весть что, если разобраться, так как Мегдены не такой и худой род. Но с учетом поместья от Бирона и государыни… Очень даже. А деньги я уже знаю, как применить. Завод мой уже проектируется. И не нужно, чтобы львиная доля его уставного капитала была за Демидовым. А так я получаю считай что и половину от завода.
— Согласен ли ты, раб Божий… — спрашивал меня батюшка.
Венчальная корона болезненно ударила по моему затылку. Густав Бирон, брат фаворита, видимо, утомился держать громоздкую конструкцию над моей головой. Именно так — младший брат герцога Эрнста Иоганна Бирона оказался моим дружкой, свидетелем, шафером. Так до конца я и не понял, как эта «должность» называется [дружка или восприемник].
Вот так Эрнст Иоганн Бирон повязывал меня с собой. Теперь ни у кого не должно было оставаться сомнений, чей именно я человек. Хотя у меня на это был свой взгляд. Я все еще лавирую между политическими группировками, рассчитывая и дальше это делать.
Я попытался посмотреть назад через левое плечо, где стояла Анна Леопольдовна. Эта хрупкая девочка оказалась более стойкой, чем подполковник Измайловского полка Густав Бирон. Она держала корону над невестой. И макушки моей почти уже супруги, Юлианы, увесистая венчальная корона ещё ни разу не коснулась.
Я заметил, что Анна Леопольдовна улыбается, но предательская слеза всё-таки стекает по её щеке. Впрочем, эту влагу при желании можно было принять за слёзы радости за подругу. Или же за умиление самим таинством. Для неразбалованных всякими изощрёнными шоу нынешних людей и венчание тоже — большое, яркое и красочное событие.
Для жителей Петербурга нашу с Юлианой свадьбу я бы сравнил с тем, как в будущем ждут выхода нового сезона одного из самых популярных сериалов. В свою очередь, свадьба Фрола Фролова и известной на весь город рыжеволосой красавицы Марты была, как неплохой проходной сериальчик, который посмотрели действительно многие — но лишь потому, что не было в тот же момент более дорогого и качественного зрелища.
Как говориться, и я там был, мед, пиво и венгерское вино пил. И не тосковал, радовался за двух влюбленных людей, бывших по истине счастливыми, а не стояли с такими кислыми минами, как у моей невесты.
— Согласен! — после изрядной паузы ответил я.
Собравшиеся в Петропавловском соборе люди даже выдохнули. Наверное, уже предполагали, что я скажу «нет». То-то скандал бы был, то-то обсуждение!
А здесь, в соборе Петропавловской крепости, собрались весьма знатные люди. Нет, к сожалению, императрицы не было. Более того, высказывались даже предположения о том, чтобы свадьбу необходимо перенести на день, чуть более поздний. Государыня-то наша прихворала. А так, вроде бы, по слухам, она нас собиралась посетить — по крайней мере, сам обряд венчания в соборе.
И у меня росло некоторое ощущение, не я ли становлюсь виновником того, что так обостряются болячки у государыни? Дело в том, что одну бригаду поваров из ресторана пришлось мне отдавать в аренду во дворец. И нет, мы могли отказаться.
Предлагался даже вариант, когда личные повара императрицы будут приходить на стажировку в ресторан и там учиться всему, что умеют у меня, на кухне в «Астории». Ну а то, что скуплены все мясорубки, я уже и не говорю. Нужно новых произвести. Но аренда поваров во дворец в месяц — это тысяча рублей! Что даже больше, чем ресторан приносит дохода за тот же период.
Так что теперь государыня каждый день ела майонез и котлетки, да так, чтобы те были выжаренными почти что во фритюре. Кстати, насчёт фритюра… Бирон, действительно, любил поесть картошки, и она у него водилась в изрядном количестве. И у герцога овощ был, и на продовольственных складах императорских дворцов. Подсказал я поварам, как можно было бы приготовить картошку для герцога.
Сейчас, ей-богу! Когда и сама императрица пристрастилась к картошке — в будущем называемой «фри» — да ещё макать это сборище холестерина в майонез и другие соусы на его основе… Я себя, вот правда, уже почти считаю убийцей. Ведь я реально приближаю смерть русской государыни, когда она употребляет в пищу очень много вредной еды. Много — это МНОГО!
И вопрос здесь не в том, что еда настолько вредная. Вопрос всегда в количестве, в культуре приёма пищи. Можно же съесть картошку фри, к которой в этой реальности приклеилось название «соломка», ну, раз в неделю, два раза в неделю — как говорится, по праздникам. Но не так, чтобы за месяц съесть практически весь тот запас картофеля, который герцог Бирон припас себе едва ли не на год.
