Крым под оккупацией полностью

В первое время добровольные дружины комплектовались из наиболее настроенных антисоветских элементов, бывших кулаков, воров, хулиганов, отбывших в разное время наказание по суду. Однако население относилось с презрением к такого рода дружинам, состоящим из ненавистных народу проходимцев. Тогда немецкое командование начало принудительно посылать в дружины людей, пользующихся авторитетом у населения из числа советского и производственного актива. Так, например, в д. Биюк-Озенбаш в первые дни в дружину записали Куртиева Ильяса, знаменитого своими хулиганскими действиями, и его соподвижника-клеветника Нафе Чуплак и ряд других, а затем начали вербовать секретаря сельсовета Эдема – члена ВЛКСМ, бригадира-табаковода Ибраима. Их 4 раза вызывали к коменданту в Гавры и предупреждали, что если они не возьмут оружие и не будут вести борьбу с партизанами, то будут обвинены в сочувствии к партизанам и расстреляны. Но, взяв оружие, они все же оставались нам верными…»[183].

Еще одним фактором, сыгравшим на руку оккупантам, сыграл другой конфликт, возникший после оккупации большей части полуострова противником. Он возник между местным населением и остатками 48-й кд, которые, отказавшись от прорыва на Севастополь и перейдя к партизанской тактике, были вынуждены перейти к практике реквизиций продовольствия у населения, которое в условиях ухудшения экономической ситуации, вызванного войной, само испытывало недостаток продовольствия.

К примеру, вот что пишут немецкие источники о легендарном партизанском отряде Б.Б. Городовикова: «9.12.41 г. разведгруппой 8-й румынской кавдивизии выявлена стоянка партизан в районе Айлянма-Джермалык… состав партизанского отряда 100 человек из 71-го и 68-го кавполков 48-й кавдивизии, командует ими полковник Городовиков, командир 71-го кавполка. Вооружение – винтовки, гранаты, пулеметы. Группа получает продовольствие, терроризируя местное население»[184]. После разгрома немцами и румынами лагеря штаба партизанского движения (12 декабря 1941 г.) и захвата его кассы «гражданские» партизаны были вынуждены так же приступить к практике реквизиций продовольствия и других ресурсов. Все это, естественно, не улучшило взаимоотношений между преобладающим в этом районе татарским населением и партизанами. Так, командир Судакского десанта майор Селихов отмечает исключительно враждебное отношение татарского населения, в то время как местное население, включая крымско-татарское, оказало поддержку Евпаторийскому десанту, что и отмечено в донесении подполковника фон Хайгля, который отмечал нежелание местного населения создавать милиционные подразделения.

После высадки советского Керченско-Феодосийского десанта противник оказался в очень сложной ситуации. Фактически, армию Э. фон Манштейна спасли румынские части, ранее выполнявшие противопартизанские мероприятия: 4-я гсбр и 8-я кавбригада румын. Но после того как эти части были переброшены на блокаду советской Феодосийской высадки, возникла необходимость какими-то силами поддерживать порядок в тылу. Армия была вынуждена воевать на два (а точнее на три) фронта. С одной стороны продолжалась осада Севастополя, с другой стороны приходилось вести боевые действия на Керченском, а в Крымских горах продолжали действовать партизаны.