– Замечательно, – сказал Носков. – Это говорит о том, что у нас в Крыму есть еще один президент. Президент преступного мира по фамилии Брагин. Ну и что будем с этим делать, генерал? Терпеть это двоевластие или вы все же согласитесь со мной?
– Не могу я принять ваше предложение, Олег Степанович, – ответил Валебный. – Боком нам может выйти правоохранительный террор.
Президент положил трубку и поднял глаза на полковника Воротникова:
– Ну, что ж, Юрий Кириллович, кажется, вы с Шелепугиным правы. С этими людьми надо разговаривать совсем другим языком.
Парламент собрался на очередную сессию. Депутаты рассаживались, перебрасывались шутками. Телевизионщики неторопливо настраивали камеры. Но Яшин чувствовал, как в атмосфере зала потрескивают электрические разряды.
Наконец, министры правительства заняли свои места за длинным столом президиума, президент Носков опустился в отдельно стоявшее на сцене кресло, а Сарычев вышел на трибуну и начал доклад, похожий на странную смесь лекции и нотации.
– Ближе к делу, – выкрикнул Мозуляк. – Где ваша программа?
Сарычев отвечал высокомерным тоном:
– При подготовке программы мы пытались собрать всю информацию об экономике Крыма, все предложения с мест, но нас упорно игнорируют. То ли по причине высокой корпоративности местных кадров, то ли Крым представляет собой интеллектуально высушенную территорию. Что, в общем-то, объяснимо: империя работала, как пылесос. Все развитые ребята оказывались в Москве.
Сегодня Тусуев почему-то отсутствовал, и Мозуляк вовсю демонстрировал активность запасного игрока:
– Слышали? Это он – развитый, а мы тут – дебилы. Удивительная манера у этих экономистов. Что бы ни мололи, чувствуешь себя дураком. Лучше скажите нам по-простому: почему средний уровень жизни крымчанина ниже среднего украинского уровня почти на треть? И что вы собираетесь сделать, чтобы сократить этот разрыв? Хватит словоблудия. Изложите парламенту вашу программу. Или ее нет?
Сарычев о чем-то переговаривался со своими министрами, делая вид, что не слышит.
– Вашего поведения не потерпел бы даже сельсовет, – яростно выкрикнул Мозуляк.
– Я битых полчаса объяснял вам, что все наши действия саботируются органами власти на местах, – медленно проговорил Сарычев. – Какой может быть план, когда вообще невозможно работать?
Мозуляк саркастически рассмеялся:
– И поэтому вы предпочитаете загорать в рабочее время в пансионате “Море”?
– С чего вы взяли? – с оскорбленным видом отвечал Сарычев.
– За вами не только мы, за вами весь Крым наблюдает, – отчитывал его Мозуляк. – И запомните: когда вас здесь уже не будет, никто даже не вспомнит, какие планы строил вице-премьер Сарычев, какие речи произносил и чего он, как ему казалось, добился. А будут вспоминать, как он себя вел, где жил. Кстати, какая у вас зарплата, господин Сарычев?
Вице-премьер молчал, лицо его стало пунцовым.
– Ваша зарплата – полтора миллиона карбованцев, – тоном обвинителя продолжал Мозуляк. – Но живете вы в пансионате, где цена номера в сутки равняется этой сумме. Не хило! Может, откроете секрет, откуда денежки берете? Молчите? Ну, так я скажу. Проживание вам оплачивает один из российских банков, не буду его называть, чтобы не делать рекламу. Но если вы подадите на меня в суд, то назову. Не удивлюсь, если вскоре этот банк купит по дешевке этот самый пансионат “Море”. И вы, таким образом, рассчитаетесь за проживание. А в это время промышленность и сельское хозяйство Крыма приходят в еще больший упадок, уровень жизни становится еще ниже. И рано или поздно избиратели скажут нам: вы что наделали? Вы зачем приветили этих москвичей? Ведь им совсем не то нужно, что нам. Нам нужна Россия, а им – их выгода. Так что мы сегодня от имени избирателей с вами разговариваем. А вы кого представляете и на кого работаете?
Сарычев выразительно посматривал на Носкова: мол, Олег Степанович, скажите свое слово, в такой обстановке невозможно конструктивно работать. Но президент что-то чертил в своем блокноте, делая вид, что погружен в свои мысли и ничего вокруг себя не видит и не слышит.
– Не посматривайте на президента, господин Сарычев, – разошелся Мозуляк. – Он вам не поможет. Ему тоже трудно будет объяснить, как он, с зарплатой равной вашей, живет в “Нижней Ореанде”.
– То, что у вас до сих пор нет программы, очень странно, – сказал Сарычеву до сих пор молчавший спикер Цуканов. – Как же вы собираетесь дальше работать?
Сарычев ответил, не раздумывая, он словно ждал этого вопроса:
– Считаю, что президент должен получить указное право. Тогда местные власти не смогут игнорировать наши решения. И зарубежные инвесторы станут смелее. Никто из них не хочет вкладывать в экономику Крыма ни доллара, пока лично президент не будет гарантировать им сохранения их инвестиций.
– Вот как! – воскликнул Цуканов, разгадав, как ему показалось, что задумал Носков и его окружение. – Ну, что ж, давайте обсудим. Кто хочет высказаться?
На трибуну вылетел Мозуляк:
