– Вы думаете, что говорите? – возмутился Носков. – Мы лишимся курортников.
– Но в противном случае мы лишимся части населения, – сказал эпидемиолог.
– Ладно, что нужно делать?
– Если возникнет эпидемия, нам понадобится не меньше сорока тонн медикаментов. У нас таких запасов нет. Боюсь, что и в Киеве не найдется.
– Погодите каркать! – оборвал своего собеседника Носков. – Какая эпидемия? Никакой эпидемии пока что нет.
– Мой долг предупредить вас, – запальчиво произнес эпидемиолог. – Ваш долг – принимать адекватные меры.
– Черт! – Носков в сердцах бросил трубку.
В кабинет с решительным видом вошел Воротников. Он был в темно-сером костюме из плотной ткани. В руках – автомат.
– Все готово, Олег Степанович. Машины у подъезда.
– Дайте мне на всякий случай еще один пистолет, – попросил президент.
Воротников протянул свой “макаров”.
Носков набрал полную грудь воздуха. Он всегда так делал, прежде чем шагнуть за борт самолета с парашютом за плечами. Но сейчас был не прыжок, а жуткая авантюра. И хуже всего было то, что это сознавал.
– Ну, с богом!
Воротников поднес к губам рацию:
– Начинаем!
По команде полковника молодые ребята в одинаковых темно-серых костюмах начали занимать ключевые посты на телевидении, в издательстве “Таврида”, в радиотрансляционном центре. Охрану распускали по домам.
Затем к радиоцентру подъехал президентский кортеж. Через полчаса Носков вышел в эфир и твердым голосом заявил:
– В связи с посягательствами Верховного Совета на законные полномочия, установленные президенту республики народом Крыма, постановляю приостановить деятельность Верховного Совета и передать его полномочия президенту Республики Крым…
В этот день крымчане были в основной своей массе либо на море, либо на своих дачах, либо смотрели телевизор. Но ближе обеду слух о том, что по радио через каждые полчаса передают специальное обращение Носкова, распространился по всему полуострову, и крымчане включили свои приемники.
К этому времени парни Воротникова сняли со здания Белого дома вывеску “Верховный Совет Республики Крым”. Пенсионерки из группы поддержки президента уже стояли с новыми растяжками, на которых было написано: “Настоящие патриоты Крыма за тебя, Олег!” Бабульки выкрикивали тонкими голосами:
– Давно пора разогнать эту мафию!
– Этих парламентариев не разгонять, а сажать надо!
Здесь же обменивались мнениями зеваки:
– Носков-то все советы донизу распустил, будет теперь глав администраций сам назначать, своих кругом поставит и начнет приватизацию.
– Ага, так ему Украина и позволит.
– А когда все будет роздано, попробуй, отними. Это, брат, уже гражданская война.
– Вот Носков этим и пугает – войной. Будет у нас вторая Чечня.
На Белом доме висели громкоговорители, которые каждые полчаса оглашали в записи обращение президента:
– Верховный Совет спланировал и пытался осуществить действия, направленные на разрушение крымской государственности и превращение республики в криминогенную зону…
Зеваки комментировали:
– У нас давно криминогенная зона.
А из громкоговорителя вырывался полный металла голос Носкова:
– Конституционному совету под председательством министра юстиции представить проект новой конституции не позднее 9 декабря 1994 года.
Обыватели реагировали:
– Так ведь этот министр из Москвы. Баба она. Как ее? Фамилия какая-то двойная. То ли Бора-Елисеева, то ли Елисеева-Бора. Сара, наверно.
– Эти москвичи нам понапишут. Я ж говорю, вторую Чечню у нас откроют.
Немолодая женщина сказала скрипучим голосом:
– Эх, посадила бы я и президента, и парламентариев на баржу, отбуксировала в море и кормила бы одной соленой хамсой, воды не давала, пока не договорятся.
Появились депутаты Верховного Совета во главе с Цукановым. Подошли к дверям и потребовали, чтобы их впустили.
– Не велено, – грубо отвечали ребята Воротникова.
– Вы хоть понимаете, в какое дело вас впутали? – спрашивали депутаты.
Парни делали зверские лица:
– А ну, быстро отошли!
У главного входа появился прокурор республики и потребовал, чтобы его пропустили. Но боевики Воротникова говорили, что выполняют приказ:
– Никого не велено пускать.
– Вы хоть понимаете, что являетесь активными боевиками незаконного вооруженного формирования и участниками конституционного переворота? – спросил прокурор.
– А нам по фигу. Быстро отошел!
Прокурор сказал Цуканову:
– Они просто провоцируют массовые беспорядки. Не удивлюсь, если Киев завтра же введет у нас прямое президентское правление.
– Момент как нельзя более подходящий, – согласился Цуканов. – Только у меня в голове не укладывается, как Носков мог пойти на такой шаг. Тут может быть только одно объяснение – он заручился поддержкой Киева. Этот момент надо срочно прояснить. Можно мне от вас позвонить?
Здание прокуратуры находилось напротив Белого дома. Прокурор провел спикера в свой кабинет.
Цуканов набрал прямой телефон президенты Украины.
Спикер вышел из здания прокуратуры с озадаченным видом. Его тут же окружили депутаты. Посыпались вопросы и предложения.
– Нужно немедленно разблокировать здание и арестовать Носкова, – подал идею Мозуляк.
