«Любые попытки разорвать территориальную целостность Украины будут жестко наказаны. Если власть на это не способна, то Правый сектор сформирует «поезд дружбы». Мы, как в 90‑м УНСО, поедем в Крым, и тогда публика, подобная этой, как крысы убегали, когда колонна унсовцев входила в Севастополь… Соборность является одной из наших самых больших ценностей», – заявил Игорь Мосийчук.
Григорий Донец позже вспоминал: «24 февраля вечером, видя, что из Москвы никакой реакции на события в Севастополе не последовало, я понял, что о событиях в городе необходимо правильно и быстро проинформировать Государственную Думу. Нужен был «весомый» депутат, который смог бы это эффектно сделать. Понятно, что им мог быть только В.В. Жириновский. Осталось только на него выйти.
Я позвонил своему другу и однокашнику по ВВМУ им. М.В. Фрунзе В.П. Комоедову, председателю комитета ГД по обороне, и попросил организовать телефонный разговор с Жириновским. Без лишних вопросов он мне ответил: «Завтра жди с 10.00 до 10.30». Я у него спросил: «Ты знаешь, что происходит в городе?» – «Да, – ответил он. – У нас был митинг… ВСЁ». Разговор с Владимиром Жириновским состоялся 25 апреля в 10.15. Я ему зачитал резолюцию митинга «Народной воли», а она была при мне, именно её я зачитал на митинге. Он с энтузиазмом воспринял информацию о резолюции (НЕ ЗНАЛ!!!), несколько раз эмоционально произнес «Молодцы». Я его попросил: «Владимир Вольфович! Доложите, пожалуйста, депутатам Госдумы о сложившейся ситуации в Севастополе! Мы просим хотя бы о моральной поддержке. А то мы, как крейсер «Варяг» в 1904 г., вышли в море на бой с сигналом «Погибаю, но сдаюсь!»
Ответ Жириновского:
1. Я это сделаю немедленно.
2. В Симферополе находится мой зам. Слуцкий. Он сейчас получит команду немедленно прибыть в Севастополь.
3. Вы можете отправить своего представителя к нам в Москву для координации действий.
4. Можете быть уверенными – Госдума вас поддержит.
Что говорил Жириновский в Госдуме, я не знаю. Но! 26 февраля в Севастополе высадился первый «десант» депутатов Госдумы. 27 февраля – второй «десант», а 28 февраля прибыл сам Владимир Вольфович. В фойе администрации я поблагодарил его за оказанную помощь и вручил ему «толстую» книгу о Севастополе и тельняшку. Он да команду охране вручить мне свою визитку и сказал: «Обращайтесь в любое время».
Прибытие депутатов Госдумы действительно оказалось мощным психологическим фактором. Мы поверили, что Россия не останется в стороне. Хотя высказывания депутатов ещё были осторожными: «Россия вас не оставит!» По мере развития ситуации в Симферополе заявления становились более решительными.
Первым таким посланником оказался Алексей Журавлев, депутат Госдумы РФ, лидер партии «Родина». Он прибыл в Севастополь 26 февраля и довольно долго беседовал один на один с Алексеем Чалым. Визит был столь неожиданным, что у нас не оказалось под рукой даже фотоаппарата. Поэтому первую официальную встречу народного мэра я сфотографировал на старенький телефон.
После встречи я поинтересовался у Алексея Михайловича, какие настроения у российского руководства. «Похоже, они сами растеряны, – улыбнулся Чалый. – Думают, что делать. Я ему долго объяснял нашу позицию. Когда он понял, то явно воодушевился…»
<…>
Поздно вечером 25 февраля было проведено первое заседание антитеррористического центра, на котором принято решение об установке блокпоста на въездах в город. Было решено использовать те же места, на которых до 1993 г. располагались пропускные пункты. Средства на это выделил Алексей Чалый, и уже ночью были привезены первые строительные блоки.
Утром 26 февраля телевидение и интернет-СМИ порадовали севастопольцев следующим сообщением: «На въездах в Севастополь установлены блокпосты. Границы города охраняют общественные формирования, наряды милиции и ГАИ».
«Проверке будут подлежать все подозрительные автомобили и автобусы. Не важно, какой человек занимает ранг или чин, речь идет сегодня о защите севастопольцев», – сообщил один из организаторов блокпостов»[85].
С 24 февраля на въездах в Севастополь функционировали 7 блокпостов: «Орлиное», «Бельбек», «Верхнесадовое», «Фронтовое», «Терновка», «Гончарное», «Шайба» (новый блокпост назван по имени ресторана на повороте на Балаклаву).
27 февраля казначейские счета были заблокированы по указанию новых киевских властей. Тогда было принято решение о всенародном сборе средств, для чего использовался расчетный счет благотворительной организации «35‑я береговая батарея».
Алексей Чалый обратился к российским соотечественникам с просьбой оказать севастопольцам финансовую помощь. Вот это обращение:
«Севастополь – колыбель российского православия и нашей общей цивилизации, неотрывная часть героических страниц истории России.
Таврида для Российской империи стала не только жемчужиной, но и южным форпостом с базой Черноморского флота – Севастополем.