Ветров, непонимающее посмотрел на меня, но ничего не сказал. «Хонда» быстро ехала, поглощала своими колесами километры дорожного покрытия. Машина проехала оставшиеся до Керчи пятьдесят километров за полчаса. Ветров, мог бы ехать и быстрее, но он боялся повредить дорогую машину. Въехав в Керчь, мы сразу поехали в интернат. Там, я и Ветров, перетащили, спящего Кружевникова в мастерскую, там, мы привязали его за ноги к крюку, который был прикреплен к цепи. Цепь, через блоки, крепилась к потолку. Подтянув цепь, мы подвесили тело Кружевникова головой вниз. В такой позе, Севе предстояло провисеть до вечера. Это надо было не только для того, чтобы доставить ему страдания — попробуйте, повесите головой вниз, хотя бы час, гарантирую вам, что это удовольствие не из приятных. Это надо было еще и для того, чтобы окончательно сломить волю Кружевникова — вечером, я хотел его допросить.
После этого, я отдал свою «Хонду» Ветрову, а сам, взял «Газель» братьев Серовых и поехал на ней в керченскую исправительную колонию, на встречу с Петровичем. Ветров, на моей «Хонде» ехал следом. Петрович забрал «Газель» и пообещал к обеду, сегодняшнего дня отдать деньги и тюки с камуфляжными костюмами. Возле колонии, я пересел за руль «Хонды», и мы с Ветровым, поехали в больницу, чтобы забрать Васю Серова. Выписка старшего Серова, заняла почти час — в начале ждали доктора, потом ждали результатов анализов, потом написали целый роман, посвященный тому, что мы не будем иметь претензий к больнице, если наш больной «склеит ласты» на воле.
Когда ехали обратно из больницы, позвонил Вовка Серов и доложил, что «Нива» и ГАЗ-66, благополучно доставлены на территорию интерната, и в данный момент машины спрятаны в гаражах, а личный состав занят учетом и осмотром трофеев.
Проезжая мимо моего дома, я высадил Ветрова, предварительно снабдив его ключами от квартиры и, отправил его мириться с Настей. Данила, очень сильно удивился, что Настя провела ночь в моей квартире, но ничего не сказал, лишь только нахмурившись, молча ушел.
Пока мы ехали из больницы в интернат, я, вкратце, рассказал Василию о событиях сегодняшней ночи и утра. Известие о смерти Саши Хорошко, очень сильно опечалило Васю. Он впал в какой-то транс и даже никак не отреагировал на мой рассказ, о том, как мы расстреляли трех татар. Если они так будут переживать по поводу каждого убитого, то нам лучше и не ввязываться в эту канитель, а то, вместо боевых действий, только и будем делать, что лить горькие слезы.
Приехав в интернат, первым делом, мы с Вовкой Серовым, который ждал нас на проходной, разместили Васю в апартаментах повышенной комфортности. В центральном корпусе интерната, было несколько комнат, которые использовали, для размещения различных гостей и знаменитостей.
Посмотреть на раненого Василия, сбежались все работники интерната. Еще бы, все-таки, Вася Серов, был в некоторых вопросах авторитетней, чем даже, директор интерната — Зоя Васильевна.
Зоя Васильевна, узнав, что в интернат приехал не только Василий, но и я, тут же принесла какие-то накладные и счета. Оказалось, что в последние два месяца интернат испытывает, некоторые финансовые трудности — то есть, пока еще средства есть, но все, что сейчас расходуется на нужды детей, идет из собственного резерва, который, в принципе, должен быть неприкосновенным. Финансовых поступлений из государственного и крымского бюджета не было уже два месяца, и даже, местный, керченский бюджет, не выделял запланированных средств. Честно говоря, меня эти новости нисколько не удивили — это лишний раз подтверждало мою теорию, о том, что финансовые потоки, идущие в Крым, целенаправленно обрезали. Хотя, средства, которые обязан был выделять керченский бюджет, должны были поступать в полном объеме. Там действовала схема с «откатом» чиновнику из отдела образования. Чем больше выделялось денег на интернат, тем больше был «бонус» чиновника.
— Зоя Васильевна, а сколько свободных денежных средств, осталось на счету интерната? — спросил я у директора интерната, сидя в её кабинете, с чашечкой кофе в руках.
— Лешенька, если тебе нужна, точная сумма, тоя могу позвать бухгалтера, — сняв очки, ответила Зоя Васильевна. — Ну, а приблизительно, скажу, что если финансовых средств выделяться не будет, то нам не продержаться, больше двух месяцев. Ведь, кроме, текущих расходов на питание и оплату коммунальных счетов, надо же и зарплату работникам платить.
