Война продемонстрировала несколько довольно очевидных истин. Прежде всего, то, что Россия, как бы сильна она ни была, не могла создать флот, превосходящий по силе флоты двух крупнейших морских держав, и армию, которая могла бы обеспечить победу при столкновении с армиями коалиции Турции, Англии, Франции, а в перспективе — и Австрии, из которых две армии — французская и австрийская — принадлежали к категории самых сильных в Европе. Именно перспектива вступления в войну Австрии и, как следствие, Швеции, то есть угроза распространения коалиции практически на всю пограничную с Россией Европу, привела Петербург к принятию ультиматума союзников, переданного Веной.
Казалось бы, планы, с которыми Пальмерстон и Наполеон III вступили в войну, имели все шансы быть реализованными, а Россия была обречена на системное поражение и изгнание с позиций, приобретенных за время ее успехов. Тем не менее ничего подобного не произошло.
Нельзя не заметить, что мобилизационный потенциал, созданный в правление императора Николая I, позволил, несмотря на потери и значительные недостатки, развернуть, вооружить, обеспечить и содержать колоссальную для XIX века армию. К 1 января 1856 г. в действующих войсках числилось 824 генерала, 26 614 офицеров, 1 170 184 нижних чина, а в резервных частях — 113 генералов, 7763 офицера, 572 158 нижних чинов. Вместе с ополчением под ружье было поставлено 2,3 млн человек, армия мирного времени была увеличена более чем в 2,5 раза. 260-тысячная армия охраняла побережье Балтики, 293 тыс. чел. находились в Царстве Польском и на Правобережной Украине, 121 тыс. чел. — в Бессарабии и на побережье Черного моря, 183 тыс. чел. — в составе Кавказской армии. Таков не полный перечень направлений и сил, прикрывавших их.
Сомнительно, что в Европе того времени нашлось бы государство, которое оказалось бы в состоянии в течение почти двух лет выдерживать подобное противостояние, учитывая к тому же необходимость сдерживать остальных своих соседей (Швеция, Пруссия, Персия) от выступления на стороне противника путем концентрации сил на дружественных и не очень дружественных границах. Подобное напряжение сил обошлось очень дорого — общие человеческие потери (убитыми, умершими от ран и болезней, ранеными) составили до 500 тыс. чел., почти столько же, что у всех союзников (не считая 35 000 чел., умерших от болезней в отмобилизованной, но не воевавшей австрийской армии). Безвозвратные потери России составили 153 тыс. чел., союзников — 156 тыс. чел. Следует также отметить, что это была единственная война, которую Россия в состоянии была вести не только без единого союзника, но и без крупных внешних займов. Военные расходы воюющих по подсчетам современных исследователей составили (в миллионах фунтах по курсу периода войны):
В 1854 г. в России в обращении находилось кредитных билетов на сумму в 311 млн рублей, при этом правительство имело металлический фонд в 123 млн рублей, что позволяло поддерживать курс бумажного рубля al pari по отношению к серебряному. По окончании войны металлический запас понизился до 119 млн рублей, а количество кредитных билетов возросло до 780 млн рублей. Дефициты бюджетов за годы войны составили: 108,829 млн руб. (1853 г.); 146,932 млн руб. (1854 г.); 282,635 млн руб. (1855 г.); 258,374 млн руб. (1856 г.). Общая же сумма военных дефицитов составила 796,77 млн руб. Реальные доходы Империи сокращались, в том числе и по причине роста недоимок. В 1850 г. недоимки равнялись 107,166 млн руб., в 1851 г. — 110,496 млн руб., в 1852 г. — 125,35 млн руб., в 1853 г. — 130,352 млн руб., в 1854 г. — 135,433 млн руб., в 1855 г. — 140 046 073 руб. Государство дважды, в 1853 и 1855 гг., было вынуждено обращаться к внешним займам, в результате у немецких банков удалось получить по 50 млн руб. под 5 % годовых.
Но основными ресурсами войны для России были внутренние заимствования. Правительство вынуждено было увеличивать выпуск кредитных билетов. В 1853 г. их было выпущено на сумму 10 млн руб., в 1854 г. — на 58 964 276 руб., в 1855 г. — уже на 215 101 501 млн руб. К началу 1 (13) января 1856 г. общая сумма внешних и внутренних долгов за годы войны составила 533 273 782 руб. Между тем в 1856 г. военные расходы составили 228 999 796 руб., а общая сумма расходов — 593 833 068 руб., при том что доходы за тот же год равнялись 264 925 321 руб. Общая сумма формального долга государства, включая довоенные внешние заимствования, разного рода внутренние долги достигла к окончанию войны фантастически высокой суммы в 1,5 млрд рублей серебром. Эта мобилизация внутренних ресурсов весьма дорого обошлась стране и обусловила финансовый кризис первых лет правления Александра II. Тем не менее сама возможность такого напряжения отнюдь не свидетельствует о слабости империи Николая I.
