Только сел за стол, а тут шум-гам-тарарам... Вернулась тройка майора Скоробогатова. Сначала я не понял из-за чего такой крик, ну вернулись и вернулись. Причем пришли все, без потерь и даже без дырок, чего так кричать?
Оказывается, мы с Гуссейном недоглядели. Там за двумя девятками бомберов, шла группа транспортников, тоже "Кондоров" с десантом. Откуда это известно? Майор Скоробогатов рассказал. Так, сразу, как только я засек первую группу с "Москвы" на высоту в пять км подняли "марсианина". Ну, так наши севастопольцы вертолет с дальнобойным радаром называют. А ему оттуда все до самого Киева, как на ладони. Он то и навел перехватчиков сначала на вторую группу. Такие же две девятки "Кондоров", только с планерами на прицепах. И после атаки из них не бомбы посыпались, а парашютисты. В море с ледком. У-х-х!
Сначала сбили все транспортники, потом пошли и прикончили недобитых мной бомберов. И сейчас командование, включая даже самое Верховное, которому, конечно уже все доложили, бьет по меткому выражению майора Скоробогатова, "ножкой", в ожидании хоть одного пленного. Все жаждут знать, "что это было, и на что оно рассчитывало!" Понятно, что это был десант. - Но куда? Две девятки транспортных "кондоров" это максимум батальон. С планерами полтора или два. Батальон или два тут будут съедены как пирожки, быстро и без остатка. И к чему такая роскошь, как "кондор", что у немцев обычные транспортные юнкерсы кончились?
Майор Скоробогатов сидит напротив меня и, стремительно уничтожая гречку с мясом, говорит, - Сейчас туда и лидер "Ташкент" вышел, из Севастополя МБР-2 вылетели, а с нашей эскадры аварийно-спасательные вертолеты. Ищут. Нужен хоть один фриц, чтоб мог говорить. Расскажет, что это была за заморочка, потом нехай дохнет!
А, Гуссейн все не успокаивается, - Са-аня, верти дырку! "Боевик" - это по минимуму. С почином тебя!
Короче суд да дело, а у нас с Гуссейном, если вы не забыли, ночью боевое задание, а спать не хочется ничуть. Но приказ есть приказ, и товарищ капитан послал меня к местному врачу. Тот дал мне таблетку и предупредил, - Водкой не запивать. А то знаю я вас!
- Что, могу не проснуться? - спросил я его.
- Проснуться-то проснешься, но неизвестно когда, может, в следующем столетии. - ответил тот и улыбнулся, - Шутка!
Шутники хреновы, пришел я в казарму, таблетку водичкой из титана запил, лег и не заметил, как провалился в сон. Что мне точно снилось, не помню, какой-то кошмар, типа, что летаю я абсолютно голый безо всякого самолета, и стреляю по мессерам из пулеметов, которые у меня вместо рук. Сбиваю их, сбиваю, а они все не кончаются. - Жуть!
И вот меня будят - пора! Время полтретьего. Наскоро умылся, зубы почистил, во рту после той таблетки, как кошки ночевали, и побежал одевать летный костюм.
И вот я в кабине Мига-29КУБ. Успокаивающе светятся шкалы приборов. Задание подтверждено, и Гуссейн поднимает машину в воздух. К цели пойдем на высоте, над облаками. КАБы - управляемые авиабомбы, можно применять с высот до пяти километров. Мы пойдем к цели на трех с половиной. Оказывается, эта бомба после сброса с самолета еще около девяти километров способна пролететь сама, используя для наведения внешнее управление и встроенную телекамеру. До Констанцы нашей машине минут двенадцать лета. Я, в данном случае, только пассажир, или, если угодно, запасной игрок.
Выходим на рубеж атаки, загорается экран системы наведения бомб. Цель в зоне видимости. Гуссейн передает мне управление, и просит держать машину прямо. Рубеж сброса приближается с каждой секундой. Все, время! Машина четыре раза вздрагивает, освобождаясь от бомб, которые продолжают лететь во тьме в сторону цели. Товарищ капитан принимает управление, и закладывает правый разворот. Тикают секунды, отметки бомб на экране сближаются с целями. Ослепительная вспышка рассекает ночь, за ней еще одна и еще и еще... Ложимся на обратный курс в Саки.
Гуссейн выходит на связь по СПУ, - "Москва" сообщила - цели уничтожены, этого "Тирпица" больше нет. Вот и все. Давай Сань, бери управление, и по приборам домой, на Саки.
