Все они, моряки, летчики, морские пехотинцы, разведчики-осназовцы, танкисты, артиллеристы, очень скоро стали настоящим ужасом для немецко-фашистских захватчиков. Ну а мы, командование Красной Армии и Рабоче-крестьянского Флота, со своей стороны делали все, чтобы и остальные советские бойцы были для врага так же страшны, как наши потомки. Разрабатывалось и принималось на вооружение новое оружие, совершенствовались уставы и боевые наставления. В минуты затишья войска проходили боевую учебу.
Но все это будет потом, а пока мы стояли в главном командном пункте авианосце моего имени, и у меня зрела уверенность, что если в прошлом наших потомков мы победили фашизм без их помощи, то теперь наша победа должна придти быстрее и с меньшими для нас потерями. Сколько жизней наших людей сберегли с их помощь - трудно даже сосчитать.
- Товарищи, этой ночью нам много предстоит сделать, но сперва... - контр-адмирал Ларионов сделал паузу, - Но сперва, товарищ Берия, и товарищ Кузнецов, должен поставить вас в известность о том, что полчаса назад со мной на связь выходил товарищ Сталин. Верховный Главнокомандующий интересовался обстановкой, и просил как только вы прибудете немедленно с ним связаться, - контр-адмирал Ларионов, снял трубку большого красного телефона, - Здравия желаю, товарищ Сталин. Так точно, товарищи Кузнецов и Берия прибыли. Спасибо, товарищ Сталин, справимся. Вы прислали нам на помощь самую тяжелую артиллерию, - потом протянул трубку Берии, - Вас!
- Лаврентий, - донесся до Берии знакомый голос вождя, находящегося за две тысячи километров, - этот Октябрьский совершенно вывел меня из терпения своей пассивностью. Он не выполнил прямой приказ Ставки вывести флот в море и подвергнуть обстрелу Ялту. Ссылается на плохую погоду и возможность налета нэмецкой авиации. То, в какую дыру товарищ Ларионов и его авиагруппа засунули нэмецкую авиацию знают все, кроме товарища Октябрьского. А вот теперь ты скажи мне, как там с погодой?
Берия вздохнул, и ответил - Самолеты с авианосца летают, товарищ Сталин, уже где-то в течении часа, значит, товарищи потомки считают эту погоду вполне приемлемой для боевых действий.
В воздухе повисла пауза, - Товарищ Берия, передайте трубку товарищу Кузнецову!
Всем абсолютно было понятно, что идут последние минуты, когда адмирала Октябрьского называют еще товарищ, а не гражданин. Отчего все испытывали определенную неловкость, даже Берия. С таким вот тяжелым чувством трубку взял и я, непосредственный начальник проштрафившегося адмирала, - Слушаю вас, товарищ Сталин...
- Это я вас слушаю, товарищ Кузнецов, - ответил Сталин, и четко, с нажимом выговаривая каждое слово, спросил, - Так как, можно в такую погоду воевать на море, или нет? Да, или нет, товарищ Кузнецов?
- Так точно, товарищ Сталин, можно! - словно бросаясь в ледяную воду, ответил я. Ведь эта непонятная пассивность Октябрьского каждую минуту уносит жизни наших бойцов и командиров...
- Хорошо, товарищ Кузнецов, - ответил Сталин, - и довольно об этом. Передайте трубку товарищу Берии. - вообще этот аппарат из будущего говорит достаточно громко, чтобы мы все слышали что говорит товарищ Сталин. - Товарищ Берия, арестуйте бывшего командующего флота Октябрьского за неоправданную и преступную пассивность в боевой обстановке. Выясните, эта пассивность вызвана его личными качествами, или... - в воздухе повисла тяжелое молчание, - Если вы не уверены в сотрудниках Севастопольского управления НКВД, то попросите людей у полковника Бережного. У них очень хорошо получилось с Козловым. Дураки и предатели в нашем командовании хуже врага, потому что они бьют нашей Красной Армии в спину. Товарищ Кузнецов!
- Слушаю товарищ Сталин, - я схватил трубку дрожащей от волнения рукой.
- Товарищ Кузнецов, немедленно примите командование Черноморским флотом. - услышал я голос Сталина, - Но помните, что от обязанностей Наркома вас никто не освобождает. Крымская операция должна быть завершена в кратчайшие сроки. На ликвидацию окруженной ялтинской группировки противника даю вам двое суток. Я вам доверяю, а товарищи Берия, Ларионов, Василевский, Рокоссовский, Бережной вам помогут. У вас там собралась такая сильная команда, что с ней можно войну выиграть, а не только Крым освободить. Вы все поняли?
- Так точно, товарищ Сталин, понял. - подтвердил я полученное приказание Верховного, - Разрешите выполнять?
- Разрешаю, и чем вы быстрее все это сделаете, тем будет лучше. Удачи вам, товарищи, и успехов! - на секунду в воздухе повисла тяжелая пауза, - И вот еще что, товарищи командующие, краснофлотцам и командирам соединения попавшего к нам из будущего знаков различия не менять, над кораблями флаги РККФ не поднимать, временно оставить на мачтах андреевские флаги. У нас тут появилась идея, как использовать этот факт для политической дезинформации противника. Пусть поломают головы, что бы это значило и в Лондоне и в Берлине. Пока вы в море, торопиться вам некуда. До свиданья, товарищи... - на главном командном пункте повисла глухая тишина.
