- Отправьте в концлагерь этого старого дурака, а если он и там не успокоится – казните! – Гитлер обратился к присутствующим. – Господа, я жду вас через неделю с более приятными новостями. Всё, все свободны.
Ну, вот мы и в полном сборе. Наш полевой лагерь, разбит для нас сапёрами неподалеку от полигона, и он на три недели станет нашим домом. Правда, только я знаю об этом, остальным пока ещё ничего неизвестно. Штабные, планирующие операцию, находятся в другом месте и присоединятся к бригаде лишь в момент погрузки в эшелоны. Поверьте, так надо. Эффект внезапности многократно усилит наш удар.
Пока же, даже если немецкое командование и обнаружит место нашей дислокации, оно должно быть уверено – бить мы будем здесь. Бесхитростно, по прямой – на Смоленск. Мы же будем стараться делать вид, что да, мы такие олухи. А потом ударим там, где нас совсем не ждут. Пока же, кроме командира бригады, то есть меня, бывающего в бригаде наездами – Фигаро там, Фигаро тут – самые главные люди, это зампотылу и командир рембата, он же зампотех бригады. За это время нужно провести ТО на всём, что ремонтировать не надо, и восстановить всё, что ремонтировать возможно. А что отремонтировать невозможно, то следует заменить.
Копаться в моторе при минус двадцать – то ещё удовольствие. Никаких боксов под рукой нет и не предвидится, даже в виде сооружений МТС. Поэтому наш зампотех капитан Искангалиев вынужден натягивать между деревьями полотнища беленого брезента, сооружая из них нечто вроде палаток таких размеров, что под ними можно спрятать танк, а то и два. Первая такая, на два танка, уже готова, и там сейчас находится "вся королевская рать": от нас – Деревянко с Искангалиевым, от конструкторов – Морозов, Шашмурин, Грабин, Чупахин и Трашутин. Выражения, которые доносятся из-под полога, весьма далеки от парламентских. Для сравнительного анализа в бокс загнаны Т-72 и один из многострадальных Т-34. Как я понимаю, сейчас их начали разбирать, чтобы добраться до ключевых узлов.
Заглядываю. Пока механики-водители и мастера из рембата снимают крышку МТО на Т-34, разговор идёт о компоновке танка. Морозов мотает на ус. Ему вспомнили и люк механика-водителя в лобовой броне, и шаровую пулемётную установку стрелка-радиста... Но, честно говоря, компоновка танка была придумана не им, а покойным Кошкиным.
Морозов сам лезет на место механика-водителя Т-72. Был я там, и даже во время оно, сдавал зачет по вождению этой грозной боевой машины. А что, при моей-то специализации это вполне могло пригодиться. Так вот, ещё в Армянске я полазил и по Т-34, и по КВ. После Т-72 место механика-водителя на тридцатьчетвёрке явно выглядит убого. Это если вы в зимнем комбезе всё же умудритесь на него протиснуться. Похоже, что Морозов сделал соответствующие выводы. Погодите, ещё придёт очередь и знаменитой командирской башенки...
Но до конца проникнуться картиной "обмена опытом" в полном объёме нам не дали. От КПП, заглушая вялое бормотание радио-тарелок, донесся отчаянный вопль старшего наряда:
– Товарищ Верховный Главнокомандующий...
В голове мечется мысль: «Неужели к нам приехал лично товарищ Сталин?»
Выскакиваю из танковой палатки на свежий воздух и быстрым шагом иду к КПП – бегать генерал-майору как-то несолидно. Вон, в ту же сторону торопится и старший майор Санаев. Дождь наград и повышений после благополучного завершения "Полыни" не обошёл и его.
Возле КПП знаменитый "Паккард", несколько эмок и полуторка. Точно, вождь решили посетить нас с официальным визитом. Берия вчера вечером, к примеру, заехал вообще без всякой помпы. На одной эмке, водитель, сам ЛПБ и два порученца. Ага, вон и сам ИВС, стоит возле машины. Все на КПП в состоянии лёгкого обалдения. Капитан ГБ Плотников, начальник внешней охраны лагеря, стоит вытянувшись в струнку. Ага, смотрю, тут и генерал Власик, и товарищ Берия – ну как же без них.
Подхожу, отдаю честь.
– Товарищ Верховный Главнокомандующий...
Сталин терпеливо выслушивает мой рапорт и кивает.
– Здравствуйте, товарищ Бережной. Вот заехал к вам, так сказать, по-соседски, а часовой не пускает. Пропуск, говорит, нужен особый...
Сталин оглянулся.
– Власик его уже арестовать хотел, но я запретил, боец правильно действует, по уставу...
- Пропуск?! – я достал из планшета чистый бланк и вписал – Иосиф Виссарионович Сталин, в графу "цель визита" написал – обмен опытом. Расписался и протянул бланк старшему майору Санаеву.
– Иса Георгиевич, завизируй!
Наш особист черканул свою закорючку и я протянул пропуск дежурному по КПП.
– Ну как, товарищ сержант, теперь всё в порядке?
- Так точно, товарищ генерал-майор! – дежурный наколол пропуск на штырь. – Всё в порядке!
Сталин повернулся к дернувшемуся было Власику.
