— Черт, холодно, — воскликнула я, засовывая руки в карманы.
— Ты собираешься рассказать мне в чем дело?
— Я же сказала, что у меня колики.
— У тебя плохо получается врать.
Наверное.
Я сделала глубокий вдох и, осторожно подбирая слова, ответила:
— Меня бесит то, как Скрэп контролирует всех. Он говорит людям, что делать и…
— Именно этим и занимаются главари банд. Это нормально.
— Может быть, но мне это не нравится. Он не только говорит, что делать, но еще и угрожает. Ты бы видел, как он подкатывал к половине девушек на вечеринке, прямо под носом у Латойи, когда наверху спят его дети!
— Он авторитет. Именно так они и живут. Не бери в голову, Джулия. Ты никогда не будешь счастлива в банде, если будешь продолжать ставить под сомнение порядки и жаловать на то, как все это несправедливо.
— Но это
— Может быть, им это нравится.
— Что ты имеешь в виду? Как кому-то может нравится то, что ему постоянно приказывают что делать?
— Может быть, они надеются, что однажды окажутся на его месте.
— Когда Скрэп выйдет на пенсию или умрет?
— Скорее всего, когда он попадет в тюрьму.
— Ты думаешь, что Скрэпу суждено отправиться в тюрьму?
— Большинство лейтенантов согласны со мной. Такова жизнь.
— И тебя это не пугает?
— Меня? Конечно нет. Я не ищу власти и выгоды. Слишком много моих друзей в Детройте пошли по такому пути. Деньги того не стоят. Тем не менее, что бы ты ни думала о Скрэпе и его лейтенантах, пожалуйста, держи это при себе. Скажешь, что-нибудь плохое и тебя все возненавидят.
Я знала, что очень разозлила Скрэпа. Может, он подошлет ко мне одну из девочек, чтобы преподать урок? Но тогда ему придется признать, что я его отшила — а он ведь не станет рисковать и ставить себя в неловкое положение? Я рассчитывала именно на это.
Я заметила, что со стройки через дорогу появились четыре латиноамериканских парня.
— Может, тебе стоит убрать флаг? — прошептала я.
— Слишком поздно. Они уже видели его.
— Из какой они…?
— «Чолосы». «Чолос» была враждебная нам группировка. Встреча с ними не закончится ничем хорошим. Они шли прямиком к нам.
— У меня есть перцовый балончик, — тихо произнесла я.
— Если он настолько маленький, что влезает в твой карман, то не поможет нам против четверых людей. — Эрик крепче сжал мою руку в своей. — Если я скажу тебе бежать, беги.
— Если им нужны деньги, отдай их ему. Не нужно геройствовать.
Парни уже были за нашими спинами. Я попыталась идти быстрее, но Эрик сдержал меня.
— Бесполезно.
Мы обернулись и встали лицом к ним.
Самый старший из парней, лет двадцати пяти, щербато улыбнулся нам.
Может, уже нужно бежать?
Он сказал Эрику что-то на испанском. Я услышала слово «dinero» — деньги — и предположила, что это испанский вариант «выворачивай карманы».
Эрик даже не моргнул. Он вытащил косяк и начал раскуривать его прямо перед ними, а потом ответил что-то, но я разобрала только одно слово — «мексиканцы».
Парни переглянулись, как будто не знали, как реагировать на то, что он сказал. Один из них, в белой бандане, сказал что-то в ответ.
Эрик засунул руку в карман, вытащил несколько косяков и отдал их парням. А потом еще и дал им прикурить, после чего они хлопнули друг друга по рукам и мы ушли.
Как только мы отошли подальше, я пристально посмотрела на него.
— Что это было?
— Они хотели денег, но готовы были пойти на компромисс. — Эрик сделал затяжку, а потом медленно выдохнул дым.
— Но почему ты не отдал им деньги?
— Конечно, я предпочел бы отдать им деньги — эти косяки стояли по десять баксов каждый! Но мне показалось, что это более подходящий вариант. Так я дал им понять, что можно разойтись и без того, чтобы обшаривать друг у друга карманы. Если бы я повел себя как трус, они никогда не оставили бы меня в покое.
— Но что, если они захотели бы подраться?
— Тогда мы бы подрались. А ты бы наблюдала за нами, милая.
— Шутишь? Думаешь, я стала бы просто смотреть на это?
— Не, ты бы, конечно, рванула в самую гущу драки со своим модным маникюром!
— Рада, что тебя это забавляет.
Глава 44
— Хочешь пойти со мной поужинать,
Я прищурилась. Это какая-то подстава?
— Тебя кинула Джина?
— Нет. Просто я подумал, что, может, у тебя получится уделить пару часов своего времени отцу?
С каких это пор ему хочется проводить со мной время?
— Я не против, если ты угощаешь. Страсть как хочу чизбургер де люкс.
— Отлично, тогда пошли к «Джимми».
«Джимми» — это огромная закусочная на углу Флэтбуш и Декалб-авеню. Она была оформлена в кричащем отвратительном стиле — явно под стать посетителям.
Когда мы сели, чаевые от последнего клиента все еще лежали на столе.
— Посмей только забрать их, папа!
— С ума сошла?
У отца явно что-то было на уме, но он дождался, когда официант принял заказ и только после этого сказал:
— В последнее время тебя часто нет дома.
Это он типа зашел издалека?
— Да. Я гуляю и развлекаюсь.
— Ты только не злись на меня, но мне интересно, почему ты больше не общаешься с теми девочками?
— Люди расходятся, папа. Так бывает.
