Сард затих. Костас нарубил веток, натаскал сучьев, завалил тело. Затем кинул головню из костра. Огонь взметнулся вверх, до самых макушек дерев. Подождав пока немного прогорит, бросил в пламя вещи сарда. Затем подобрал сброшенную милоть и тоже швырнул в огонь.
Он прошел по кровяному следу шагов полста и наткнулся на Холта. Торквес не сумел перетянуть рану и истек кровью. В последние минуты жизни, движимый страхом, хотел преодолеть небольшой овражек, но так и не решился. Опасался, сил не хватит. Костас столкнул тело вниз.
Постояв, поправил лямки за плечами, перехватил яри и пошел сквозь густые заросли, оставляя скалящийся месяц за левым плечом.
Вскоре выбрался на дорогу, по ней на Вальдийский тракт. Повернуть влево или вправо? И в ту и в другую сторону шагов через двести тракт сворачивал и прятался лесом. Так влево или вправо? Подглядывает в лужу месяц, отсвечивает раскисшая грязь, в тележной колее указательным штрихом блестит вода. С горькой усмешкой Костас подумал, не велик ли подвал для крысы, если она может выбирать куда идти.
Выбрал вправо.
Заплакал дождик. Тихо-тихо.
