Можно было податься к Шайтану, предлагавшему прежнюю работу. Правда, неизвестно, как поведет себя главарь Копателей, почуяв его слабость. Здесь прямой путь обратно в кабальную зависимость, из которой и без того непросто было вырваться. Это если Шайтан не посчитает более выгодным продать его голову желающим поставить такой сувенир себе на полку.
Но и это не главное. Видящий в нем чувствовал: пути назад нет. Он изменился настолько, что не испытывал ни сожалений, ни дискомфорта по поводу потерянных возможностей в мире неприкасаемых. Теперь он мог двигаться только вперед. Оставался простой вопрос: вперед – это куда?
Сама собой возникла мысль: уйти к изгоям. Ведь он сам стал одним из них, таким же беженцем из «нормального» мира. Он видел, как живут на технических уровнях, в этих Шанхаях под нескончаемыми номерами. Живут плохо, скудно – но при этом свободно и почти неподконтрольно властям. Сейчас это было то, что нужно. И от понимания своего простого и ясного пути на душе становилось легко.
Змей уходил из жилого района на краю сектора, где обитала Тана. Нужно было миновать по краю квартал мастерских и добраться до технических подъемников. Там можно спуститься на уровень в Шанхай-7, за несколько лишних фрамов избежав встречи с патрулем, что неизбежно на пассажирских подъемниках в центре. Благо у него сохранился небольшой запас монет со времен вольготной жизни неприкасаемого. В последнее время, правда, скаканула инфляция – то ли вольфрам упал в цене, то ли подорожала жрачка, потянув за собой все остальное. В любом случае отныне придется зарабатывать на хлеб чем-то иным, нежели посредничеством в разборках. Если Новичок прав, то скоро единственными посредниками между врагами станут ножи и пули.
Однако резонный вопрос: а что он умеет, кроме как чесать языком? Только бить морды. Да управляться с теми самыми ножами и пулями. Круг замыкался. Можно, конечно, просить подаяние, читая безумные проповеди, как один старый знакомый…
Обернувшись на невнятный шум в стороне складов, Змей удивленно пробормотал:
– Легок на помине!
Этот хриплый голос трудно было спутать с каким-то другим. По мере приближения к складам при мастерских Змей увидел толпящихся тут людей, в основном мужиков в рабочих спецовках и женщин в фабричной униформе. Мастерские наряду с частными гидропонными фермами – тонкий слой вольного бизнеса Карфагена в противовес заводам, шахтам и аграрным секторам в подчинении Директории. Всякие приятные глупости, наполнявшие комнату Таны, все эти простынки и подушки, светильники и стулья, блестящие наряды танцовщиц и обитательниц элитных уровней – все это делалось из самого невероятного дерьма, промышленных отходов и мусора в кварталах мастеровых. Или – к негодованию и злобе легальных мастеров – халтурно подделывалось в Шанхае-1, Шанхае-2 или самыми настоящими рабами в секретных шахтах, контролируемых подонками из группировок, типа Барыжников или Каннибалов. Последние прославились еще своеобразным безотходным производством: в дело у них шли даже мясо и кости умерших рабочих. Все это питало Месиво и другие торговые точки товарами, раскачивая спрос и предложение и позволяя выпускать пар частной инициативы – под бдительным контролем тайной агентуры, конечно.
И сейчас эти ребята, знающие цену времени и силам, оставив работу и разинув рты, слушали, как с пеной у рта разоряется грязный безумец с горящими глазами. Со штабелей темных от времени деревянных ящиков он бросал в толпу свои громкие, но порой бессвязные фразы:
– …Да, он пришел! Да, он уже среди нас! И сказал видящий: Карфаген должен быть разрушен! И он будет разрушен! Потому, что рухнет под тяжестью собственных грехов! Все мы – ты, ты, ты и я вместе с вами – все мы тянем на дно последнее убежище человеческого рода! Кисляк и шлюхи не спасут нас от страха! Карфаген уже истекает своей гнилой черной кровью!
– Черная вода! – не выдержав, крикнул кто-то.
– Да! – подхватил Крэк – а это был он. – Только это уже не вода – это чистая смерть! Я набирал ее в ладони – и смотрел, как с пальцев сползает кожа. Я умывался ею – посмотрите на мое изуродованное лицо! Но видящий сказал: все это скоро кончится. Кончится страшной гибелью города грехов – и возродится в новом мире!
– Но что, что нужно делать? – воскликнул женский голос.
Крэк застыл с безумным выражением на лице. Выбросил вперед руку с торчащим вперед грязным пальцем:
– Идти вслед за видящим! Бросить все, что у тебя есть, забыть мерзкое прошлое, саму жизнь – признайся, твоя жизнь не стоит того, чтобы за нее держаться! Как видящий – умер и воскрес из мерзости черной воды! Кто не верит – спросите меня! Я свидетель его чудесного спасения!
Крэк колотил себя в грудь грязными ручищами, которые когда-то легко ломали пальцы несговорчивых клиентов. Стоя в толпе и немного обалдевший от такого напора, Змей хотел было возразить, что Крэк не просто свидетель – он-то и есть его настоящий спаситель. Но у Крэка была своя, собственная реальность. Безумцам не нужна истина – они создают ее сами.
– Видящий восстал из черной воды – и я, я тому свидетель!
