— …конечно, можно устроить засаду и положить всех приехавших… но… опасно, опасно! Нет, до утра, конечно, вряд ли приедут; но вообще я бы предпочёл отсюда свалить поскорее. Вот, прямо сейчас. Ночью. И поскорее; а то, Элька, знаешь… у нас с Женькой сегодня что-то много приключений получилось. Я ещё держусь; но, знаешь, после болезни… Боюсь начать «разваливаться»… да, валялся пару недель вообще «в дрова», very much I was ill, можно сказать; потому и Наташу не забрал вовремя. Теперь, выясняется, что и к лучшему!
— «Положить всех приехавших!» — с восхищением произнесла Элеонора, — Куул! Да, ты же говорил — учился в Америке «по стрельбе», точно-точно… Брат, ты всегда был крутым, я знала! Как Толик; это мой парень — я говорила. Он тоже — очень крутой! Вы подружитесь, я уверена! Давай, валим отсюда, правда! Наташка говорила, что ты рассказывал — какое-то убежище у тебя есть, «Нора»?..
— «Валим отсюда…» — Владимир всё не мог оторвать взгляд от так неожиданно вновь обретённой сестры; наблюдал, как она, разговаривая с ним, всё вертит в руках полученный от Женьки пистолет, девятнадцатый Глок, как он уже определил — so shocked, сестрёнка, слэнг у тебя новый! Да, мы обои с тобой сильно изменились за это время! Папа?..
— Нет, никаких следов; пропал!.. — обрезала все его надежды Элеонора, — Я ничего о нём так и не узнала.
— Володя! — обратилась к нему, подойдя, Гузель. В глаза она ему не смотрела, — Какие планы? «На сейчас», я имею ввиду.
— Гуля… — обратился он к ней, метнув мгновенный взгляд на сестру, — Я всё объясню…
— Володя… — она по-прежнему не смотрела ему в глаза, — Всё это потом. Я говорю — что сейчас делаем?
Краем глаза он заметил, как Наташа ревниво следит за их разговором. Как можно более нейтрально сказал:
— Сейчас будем собираться и убираться отсюда. Все детали — потом. Девушки! — окликнул он остальных, — Бросьте его. Собираемся. Нет возражений?
Все изъявили желание поскорее покинуть этот дом, с которым у них у всех были связаны только плохие воспоминания.
— Джонни! Ты говорил там три машины?.. Возьми ключи, проверь — как там с топливом и вообще, на ходу ли. Возьмём всё что можем! — стал он распоряжаться, — Девчата! Давайте-ка посмотрим, что отсюда вообще можно взять… Да! Тут, наверное, вода есть. Вон там ванная — мы мимо прошли, когда сюда шли. Там можно умыться и вообще. На втором этаже душ есть… Кстати — душ! Неплохо бы всем помыться — у нас воду в ведре греть приходится, увы. Вон там, как понимаю, гардеробная. Надо забрать все хорошие зимние носильные вещи — сейчас это дефицит… Оружие, если попадётся — само собой! Тут, где-то, сейф должен быть… Да! Вы, наверное, есть хотите? Я сам хочу. Честно говоря, как зверь я хочу есть! Там, наверху, стол накрытый. Пойдём. Нет, Лерыч, ты здесь! — остановил он готового тоже двинуться наверх бомжа, — Постереги входную дверь и калитку, потом пожрёшь…
— А чо я… — недовольно буркнул Лерыч, — Вы там хавать пойдёте с тёлками, а я здесь сиди?.. Хули тут охранять — его, што ле? — Он ткнул стволом-трубой «аркебузы» в лежащего, — Я ево щас мочкану, и все дела!
— Тебя уже оставляли тут «на всякий случай», — напомнил Владимир, — Возвращаемся — а у вас тут побоище! Так что ты, Лерыч, пока что не оправдал доверия. Сказано — следи за воротами и калиткой! Потом пожрёшь, там много. Кстати! Какие у тебя дальнейшие планы? Мы отсюда сейчас выбираться будем…
— Какие планы, хы… — хмыкнул Лерыч, — Нах мне отсюда «выбираться»; я чо — дурной? Куда?? Зачем?? С такой-то козырной хазы?? Не… — он почесался, наблюдая, как девушки скрылись за углом коридора, уходящего из холла вправо, к санузлу и лестнице наверх, — Я тута останусь…
— Тут?.. — Владимир пожал плечами, — Ну, это как знаешь. Только хочу тебя предупредить: там, наверху, ещё один труп лежит. Какой-то жирный, видимо, влиятельный гад. Его, конечно, будут искать. Охрана там, домашние, — вот и Дырявый про это что-то упоминал. Приедут сюда…
— Да хули… — Лерыч лишь пожал плечами, — Ну, приедут… И чо. Заглушу нах всех!
— Глушилка у тебя ещё не отросла, — всех глушить! — усомнился Владимир, — Впрочем, твоё дело. Мы отсюда заберём всё что сможем; а ты смотри сам. Хочешь — оставайся… — На бомжа Владимиру было глубоко наплевать.
— А что всё-то, что всё-то!.. — забеспокоился бомж после этих слов и заозирался, — Схуяп всё-то?? Мы, эта, гоп-стоп вместе замутили; и делить должны по понятиям! А то «мы всё заберём», ишь…
