Что за тайна, которую не знает самый могущественный человек по эту сторону гор?
— Ситуация изменилась, но это только цветочки, — сказала Фреха. — Скоро особых дел станет по горло. И это не война с гоблинами или тоширунгами.
Она замолчала и прислушалась.
Из тумана показался Марвин, несущийся к нам во весь опор. Он держал в руках лук, плотно прижав колени к бокам Уны, которая скакала, раздувая ноздри. Она сделал полукруг и встала за нами, трясясь всем телом. Ее страх передался Арме, она задергала ушами и зафыркала.
— Что там, Марвин? — спросил я.
Он поднял дрожащей рукой забрало. Его глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Он хватал воздух ртом и заикаясь мямлил что-то нечленораздельное.
— Скажи, чтобы снял шлем, — сказала мне Фреха.
— Марвин, сними шлем.
Он лихорадочно стянул шлем одной рукой, другой судорожно сжимая лук.
Фреха привстала в стременах, наклонилась и отвесила ему звонкую оплеуху. Никакой магии, но Марвин пришел в себя.
Я протянул ему открытую флягу с водой. Он схватил и сделал пару глотков.
— Там волки? — спросила его Фреха.
Марвин замотал головой.
Его поведение было трудно объяснить. Я же видел, как он дерется с крокодилом и бегемотом-мокрицей.
Наконец он пришел в себя и сказал:
— Там, в тумане на дороге, все мертвые. Весь отряд с перевала.
Марвин вздохнул. Посмотрел на лук, который сжимал в руке, убрал его и надел шлем.
— Что тебя так напугало? — спросил я.
Как будто он мертвых не видел. И Уна тоже, неслась, как на пожар.
— От тел почти ничего не осталось, вся дорога в крови... — он посмотрел на меня виновато. — Там следы каких-то зверей, очень большие. И з-запах.
Фреха слезла с лошади, сняла шлем Лима и положила его в сумку. Передала поводья Марвину.
— Надо посмотреть сверху, — сказала она, на ходу превращаясь в большую ворону. — Ждите здесь.
Когда она улетела, я снова спросил Марвина:
— Какой запах?
Он пожал плечами.
— Не знаю, как объяснить. Ужасный. Больше всего пугает этот запах. Густой и тяжелый, не похож ни на что.
Уна шумно фыркнула, подтверждая.
— А лошади? Или отряд был пеший?
— Они пешим строем были, да, — ответил Марвин.
— Опиши следы, — приказал я.
— Это не волки. Волчьи следы — когти, четыре подушечки и пятка. А у следов там, — Марвин мрачно глянул вперед. — Пять подушечек и задняя лапа, как у человека, только с когтями. И эти следы здоровенные.
Марвин показал руками размеры.
— Медведь? — спросил я.
По удивленному взгляду Марвина было заметно, что он не понял того, что я сказал. Но слово-то в местном языке было? Странно. Откуда вообще взялись эти звери?
Допустим, это медведь, большой, как белый медведь с Северного полюса. Пусть даже этих медведей несколько. И они голодные настолько, что напали на целый отряд вооруженных солдат. Мне все равно был не понятен страх Марвина. А он явно не хотел возвращаться к месту гибели отряда.
Стоять в тумане и темноте в ожидании Фрехи я не хотел. Напасть на нас могли в любом месте.
Направил Арму вперед и слегка ударил ее по бокам пятками.
Арма успокоилась, почувствовав, что я не боюсь и пошла по дороге. Я махнул Марвину, чтоб не засиживался. Нехотя, он догнал меня и взял в руку копье.
— Ты зачем лук-то тогда схватил? — спросил я. — Видел кого-то, стрелял?
— Нет, — буркнул он. — Сам не заметил, как схватил. Говорю же, там такой запах — голову потерял со страху. Не знаю, почему.
Меня начало беспокоить долгое отсутствие Фрехи.
Скоро мы доехали до первых следов. И до первого запаха.
Даже через фильтр шлема он проникал прямо в мозг. Удушливый и противный запах какого-то животного; феромоны и мускус, смешанные с запахом шерсти и пота. Но было еще что-то в воздухе, и это был другой запах, похожий на какое-то отравляющее вещество. Что-то такое, от чего волосы встали дыбом и пересохло во рту. Целенаправленно устрашающий и парализующий волю смрад, смешавшись с туманом, висел над дорогой плотным облаком. Если еще добавить запах крови погибших солдат и вонь от экскрементов этих неизвестных животных, то можно было понять, почему Марвин сразу отъехал метров на пять назад, а моя Арма уперлась и отказывалась идти вперед.
Сдавшись, я позволил ей развернуться и мы встали рядом с лошадью Фрехи.
Я соскочил на землю и вернулся к ближнему отпечатку рядом с дорогой. Судя по следу, это был громадный зверь, больше чем я мог себе представить. Самый крупный полярный медведь достигает трех метров и оставляет след не больше двадцати сантиметров. Глубокий четкий отпечаток на сырой земле был сантиметров тридцать на тридцать пять. Скорее всего, этот монстр был около пяти метров ростом.
Появилась Фреха в образе вороны. Она сделала круг надо мной и приземлилась рядом со своей лошадью. Обернувшись человеком, села верхом.
— Объедем этот участок, — сказала она. — Туман дальше по дороге рассеялся. Никого не видно. Эти звери либо ушли в сторону гор, либо скрываются где-то в тумане.
— Нужно предупредить заставу, — сказал я.
— Нет. Слишком опасно возвращаться в тумане. Разделяться не будем. Утром туман рассеется, сами разберутся.
— Я же помощник по особым делам, — попытался возразить я.
Фреха закатила глаза и вздохнула.
