Я усмехнулся. Рука у Люка тяжелая, особенно если с кистенем.
Когда форт пропал из виду, мы съехали с дороги и быстрой рысью догнали парней.
Через пару часов у подножия одной из высоких гор в багровом свете вышедшей из-за туч полной луны, мы остановились и распаковали коменданта. Понемногу он пришел в себя и сел, озираясь.
— По моим сведениям из надежного источника, — начал я строго. — Ты, вор, негодяй и подхалим, мечтал вернуться в Трамант после ссылки в форт. Поэтому, чтобы выслужиться, разнюхивал разные секреты Риффена и доносил своим хозяевам из числа приближенных императора.
Глазки его забегали, рыхлый подбородок задрожал, но кричать бесполезно, никто не услышит, кроме хонгора.
— Вы ничего не докажете, — злобно сказал он. — Я буду жаловаться на ваше самоуправство.
Говорит так, словно у нас тут правовое государство. Еще адвоката потребует.
— Назовешь имена, кто тебе доносил — тогда получишь шанс, — продолжал я. — Отделаешься тюрьмой.
Несмотря на то, что местные ругательства я знал, но они звучали, как абракадабра, так что я ничего не понял из того, что вылетело из его рта.
Марвин вытянул коменданта плетью, тот завыл и кинулся бежать. Почему-то в гору.
Марвин покачал головой.
— Вот идиот, — сказал он. — Что с такого возьмешь.
Мы с интересом смотрели, как он карабкается вверх по склону, чертыхаясь и падая.
— В Трамант хочет, — съехидничал Люк.
— Пешком через горы и по воде, — сказал Марвин.
Болтун мрачно смотрел, не сказав за весь день и пары слов.
Хонгор спикировал стремительной тенью и ударил клювом по голове коменданта. Тот сразу обмяк и повалился на землю. Хонгор схватил его когтями за плечи и хищно оглянулся в нашу сторону.
— Мы не против, — крикнул Марвин.
Люк засмеялся, а Болтун снял шлем и почесал голову в том месте, куда попал клюв коменданту.
Хонгор взлетел и быстро скрылся за вершиной горы.
Шаман был прав, не стоило коменданту шляться ночью, где попало.
Подъезжая к базовому лагерю, я увидел, что Книгочей не спал и вышел навстречу.
— Джей сделал две ходки, — доложил он. — Только что уехал обратно к Трогеру.
Мы спешились и осмотрели сто восемьдесят новеньких арбалетов, аккуратно сложенных на палаточном тенте и укрытых разлапистыми ветками.
— Раян тоже приезжал в первую ходку, — продолжил докладывать Книгочей. — Трогер передал, что с помощниками выйдет на тридцать штук в час. Джей сейчас сказал, что уже растопили домны в соседних помещениях.
Отлично, мы управимся быстрее, чем я предполагал. Если Джей недавно уехал, можно не торопиться. Отправимся к Трогеру с утра.
Я распорядился удвоить число часовых и пошел спать.
Марвин, как всегда, первым делом расседлал Арму и Уну и повел их к незамерзающей, благодаря вулкану, реке. Я засунул мешок с золотом под голову и сразу уснул.
То ли из-за этого золота, то ли из-за матового металла новых арбалетов, или просто так ей захотелось, во сне ко мне явилась Хильда в своем сверкающем серебристом скафандре.
Она смотрела на меня сверху вниз своими черными бездонными глазами, зависнув на высоте пяти метров, а я стоял у одной из катапульт в редуте на берегу Басдоривы.
— Привет, солдат, — она поздоровалась со своей фирменной хрипотцой. — Вижу, дела идут неплохо. Ты заезжал в тот скит?
— Привет, алайсиага. Да. По пути оказалось.
— Видел мое послание?
Значит, все-таки оно было адресовано мне.
— Да, Мара его первая заметила.
— О Маре не беспокойся, у нее целая жизнь впереди, — сказала Хильда. — Кто-то должен был перевести тебе надпись.
— Я и не беспокоюсь. Она же избранная, — я улыбнулся. Мне было радостно услышать, что Мара под защитой алайсиаги.
— Ты не слишком привязывайся к ней, — вдруг сказала она серьезно. — И к другим людям и троллям.
Где-то в небесах прозвенел звоночек. Или мне показалось?
— Это почему? — глупый вопрос, но я не удержался.
— Потому что ты уже сделал достаточно в этом мире. И можешь скоро понадобиться мне в другом.
От неожиданности я потерял дар речи. Я только начал, я ничего еще не сделал в этом мире.
— Ты же не заберешь меня вот так, без предупреждения? — наконец выдавил я. — Мне надо закончить дела. Много дел. Дай мне время.
— Время? — спросила Хильда. — Это понятие относительное. Для меня его не существует. Просто помни о смерти.
Проснулся я от легкого толчка. Марвин, как всегда, свежий и бодрый, хотя спал всего ничего, сказал:
— Завтрак готов, босс.
Аппетита у меня не было. Но поразмыслив, что во сне я успел построить каменные редуты на берегу Басдоривы и установить катапульты, немного расслабился. Время — понятие относительное. Может, у меня в запасе еще лет десять? чего я раньше времени нервничаю.
Поэтому я все же съел полоску вяленого мяса и запил душистым чаем из трав. Кашу отдал Арме, она ее могла есть в неограниченных количествах.
Хильда ничего не сказала про лошадей. Значит ли это, что я смогу забрать Арму с собой? Было бы здорово.
Я закинул мешок с золотом на коня казарба. Сел в седло и погладил Арму по шее.
— Поедешь со мной в новый мир, красотка?
