– Как всегда, – продолжало улыбаться чудовище и требовательно придавило обратно к матрасу, когда Терин хотела встать, чтобы одеться. – Не так быстро. Меня ведь действительно давно не было.
Любой успех провинциальной веды, приехавшей покорять новую столицу Нодштива вознаграждался или, в зависимости от точки зрения, оплачивался подобным “авансом”. Одним или несколькими. Не всегда сразу, но обязательно. Поступление на курсы в Академию, стипендия, начало практики а престижном месте, экзамен, новая, хорошо оплачиваемая работа.
– Я завела себе любовника, – говорила она, злясь на собственное, подло предающее тело. – Ты мне отвратителен. Я тебя больше не хочу. Терпеть не могу брюнетов.
– Вранье, – ухмылялся темный и опрокидывал ее на постель в съемной комнате, кушетку в дежурке дома исцеления или усаживал на колени в экипаже.
– Когда прекратятся авансы? – спрашивала она.
– Когда я захочу большего. Или ты мне наскучишь.
С последней встречи прошло больше двух недель. Терин действительно решила, что наскучила, а инквизитор наконец нашел новую забаву, и тут вдруг домашнее имя.
Второй этап расплаты заставил Терин вскрикивать и впиваться ногтями в спину мучителя, решившего, что грубостей довольно, и доведшего ее медленными чувственными ласками почти до изнеможения. Кажется, она даже пару раз назвала его Тан.
Она еще вздрагивала, когда Арен-Хол поднялся и ушел в ванную, не потрудившись прихватить одежду. Вернулся довольно быстро, дал на себя посмотреть и принялся одеваться.
Выражение самодовольства на красивом лице вызвало раздражение и отвращение. Терин подобрала белье и тоже ушла в ванную, думая о том, что купит новый матрас прямо сегодня.
Шум воды надежно глушил звуки. Она была уверена, что к тому времени, как закончит, Арен-Хол уже уйдет, всегда уходил, но нет.
– Ты еще здесь, – не сдержав удивления сказала Терин, но не стала отказываться, когда Арен-Хол, налюбовавшись, как она надевает нижнюю рубашку, юбку, чулки и туфли, подошел и потянулся помочь застегнуть платье. – Купил квартиру. Назвал мне свое домашнее имя. В чем дело? Тебе хочется большего… Тан?
– Возможно. Я еще не решил окончательно. Кое-чего не хватает.
– Чего же?
– Небольшой детали.
Долгий взгляд, согнутый указательный палец, приподнявший ее подбородок чуть выше и быстрый поцелуй. Касание.
– До встречи.
Шаги стихли, закрылась входная дверь, а Терин так и замерла, прижав кончиками пальцев уголок рта, куда пришелся поцелуй. Было зябко, словно она долго стояла на сквозняке. Было… страшно. Пожалуй, так же страшно, как в тот жуткий день, когда мальчик с флейтой и волшебными, полными света глазами превратился в…
Арен-Хол никогда прежде не прощался и уж тем более не целовал.
Восстановить душевное равновесие помогли время, покупка нового матраса, переезд, работа, возня и обустройство на новом месте, первые любопытствующие и приятельницы, можно сказать, почти подруги с курсов в Академии, с которыми она вместе работала.
Смены совпали у всех троих, чего не случалось уже давненько. Решено было прогуляться, посидеть в кофейне и потом вместе отправиться на работу.
Обсудили все, начиная с модных в этом сезоне платьев и шляпок, до расплодившихся, обнаглевших крыс и таинственных смертей в подворотнях.
– Можно подумать, раньше ничего такого не было, – поджимала губы зеленоглазая Симтен. – Было. Только никто не знал. Зато теперь по репортеру в каждой щели, и чуть что, на весь Нодлут трубят. Какой выпуск ни возьми, в каждом по десятку преступлений века, а рядом как доблестный надзор и благостная длань нас всех от беды стережет. Особенно некоторых, особенно тщательно стерегут. – Симтен сделала бровями в сторону Терин и рассмеялась.
Кудрявая светловолосая Тельма радостно поддержала и добавила, как жаль, что о таких подвигах симпатичных инквизиторов в газетах не пишут, а еще больше жаль, что живых портретов не делают. Только в воскресных тиражах, в ограниченном количестве и весьма избирательно.
– Говорят владелец “Светского сплетника” почти все имущество заложил, чтобы купить у дома Фалмари разрешение на использование магфото в газете, – таинственным голосом добавила Тельма. – Семейке Райтон счастье, а держателю “Нодлутских вестей” отказали.
– Угу, не так договаривались, – тут же отозвалась Симтен. – Самый частый портрет в “Сплетнике” – портрет главы Фалмареля или его наследника. Терин, ты как, все еще мечтаешь о манерных остроухих блондинчиках или решила, что твой темноглазый синиц в инквизиторской мантии с тугим кошельком и связями надежнее и успокоилась?
Шутка про блондинов была свежая. Кто-то из посетителей забыл в приемном газету, а Терин несколько минут, как завороженная, смотрела на магфото Хаэльвиена танэ Фалмари, потому что его лицо вдруг показалось знакомым, хотя видеть его живьем Терин ни разу не видела. Слышала только, когда он приходил к ирье Богор. Подруги этих тонкостей не знали и подтрунивали при каждом удобном случае.
