— Это место называется Касена-Крик, — сказал Джим Бриджер. — Если повернуть здесь налево, то дорога пойдёт вдоль течения Рафт-ривер и выведет прямо к пустыне Гумбольдта. Тот, кто сумеет пересечь её, упрётся в горы Сьерра-Невада. Когда он перевалит через них, перед ним откроется Калифорния. Это длинный и тяжёлый путь. Путь, пролегающий по практически безводной местности. Дорога на Орегон длиннее, но она не такая безводная.
Обе дороги выглядели не слишком привлекательно. Казалось, что, куда ни сверни, путь всё равно окажется бесконечным. Осознание этого угнетающе подействовало на переселенцев. В их глазах больше не было видно ни интереса, ни даже проблеска надежды. Вся манящая привлекательность далёких земель вдруг разом исчезла, испарилась, как тот самый мираж, посетивший их сравнительно недавно в пустыне.
Караван остановился на привал. Люди хмуро бродили между своих фур, погруженные в неприятные мысли, стараясь понять, как же им лучше всего поступить.
— Это ваш последний шанс отправиться в Калифорнию, парни, — сказал Джим Бриджер. — Видите следы на дороге? Вот проехал Старина Гринвуд. А вот тут в сторону Калифорнии свернули фургоны Вудхалла и мулы, на которых туда направился Уильям Бэнион. Странно, что никто из них не оставил здесь на развилке дороги адресованных кому-то писем.
Старый охотник не знал, что на самом деле одно такое письмо лежало на развилке. Написав его, майор Бэнион положил его в жестянку, валявшуюся рядом с крышкой ящика, на которой было выведено слово «Калифорния». Но это письмо не нашло своего адресата. Проехавший здесь несколькими часами позже Вудхалл обнаружил его и, прочитав, позеленел от ярости. Из него он точно узнал о характере отношений, связывавших Молли с Уильямом Бэнионом. И если он и раньше ненавидел майора, то теперь его ненависть к нему стала просто убийственной. Бросившись вслед за Бэнионом в Калифорнию, Вудхалл хотел не столько найти там золото, сколько отомстить своему заклятому сопернику.
Между тем оказавшиеся на развилке люди продолжали напряжённо размышлять, как им поступить. Поехать в Калифорнию или в Орегон? Выбрать плуг или лопату с киркой? От этого решения зависело будущее каждого из них. И в конце концов двенадцать фургонов повернули налево, направившись в сторону Калифорнии. Их провожали со слезами на глазах — в них уезжали старые друзья и добрые знакомые.
Вместе со всеми в сторону отъезжающих смотрела и Молли Уингейт. В её глазах застыли слёзы. Она сжимала в руках письмо Уильяма Бэниона. Это было старое письмо, которое она получила ещё в Форт-Холле. Молли прижимала листки бумаги с текстом, написанном от руки, к сердцу и иногда, не удержавшись, касалась их губами. Она смотрела вдаль, в сторону Калифорнии, где должен был сейчас находиться её возлюбленный.
— Да хранит тебя Господь, Уильям! — прошептала она. — И да вознаградит он тебя удачей и сделает так, чтобы ты вернулся ко мне!
Вскоре караван вновь тронулся в путь. Бриджер говорил, что нужно двигаться вперёд как можно скорее. Они и так уже потеряли немало времени. Теперь им следовало спешить.
Повозки теперь двигались по дороге, которая пролегла вдоль течения Снейк-ривер. О том, что где-то рядом протекает эта огромная река, люди могли лишь догадываться: Снейк-ривер текла по дну чередующихся друг с другом каньонов, которые они не могли видеть. Они слышали лишь, как вода с неимоверным грохотом обрушивается вниз гигантскими водопадами.
Сейчас фургоны преодолевали за сутки не двадцать миль, как когда-то, а в лучшем случае лишь половину этого расстояния. Между тем уже стояла осень. Теперь людом уже нигде не встречалось прежнего изобилия живности, которое раньше попадалось им на пути. Здесь можно было лишь иногда встретить зайцев, куропаток, а ночью начинали свой заунывный вой койоты. Никаких других животных здесь не было видно.
Индейцы, встреченные в этих местах, были вовсе не похожи на краснокожих, живших на равнинах. Здесь они были гораздо ниже ростом. Говорили, что они питаются кониной и лососиной.
Обилие рыбы в реках позволило путешественникам справиться с недостатком еды. Рыба, конечно, не шла ни в какое сравнение с мясом бизона, но всё же была куда лучше бекона, которым им приходилось питаться до этого. Караван медленно полз вперёд. Впереди их ожидала опасная переправа через Снейк-ривер. Собираясь ночью у костров, люди могли говорить только об этом. Только это занимало теперь все их мысли.
Рано утром повозки, спустившись с плоскогорья, замерли перед берегом Снейк-ривер. В том месте, где люди традиционно переправлялись через реку, из зеленоватой воды торчали два небольших островка. Выло сразу видно, что течение здесь весьма сильное. О глубине воды не хотелось даже и думать. Здесь не было ни парома, ни лодок, ни дерева, чтобы попытаться соорудить из него плот или лодку.
Но люди уже переправлялись раньше в этом месте, а значит, они могли сделать то же самое. Присутствие Бриджера, который не раз видел, как именно это делается, действовало на переселенцев успокаивающе.
