Народ постепенно собирается к вечернему костру. Сергей лениво
подстраивает лады гитары.
- Ты сланцевые щетки на ручье проверил? - негромко спрашивает
Платон.
- Да, - Вадим устраивается поудобнее, ловит щенка и почесывает ему
брюшко. Тот охотно опрокидывается на бок.
- И что?
- Ты не поверишь. То же самое, что у нас, - усмехается Вадим.
- слабые следы касситерита, и ничего более. Ледниковые периоды разнятся,
а геология та же. Нонсенс!
Я понимаю, зачем Вадим летал к Чубарам, зачем повел нас купаться,
хотя небо было пасмурное. Зачем лазал по каменистому ручью, хотя вода в
нем была просто ледяная. Геологи охотятся на камни. Нехорошо в открытую
охотиться на чужой земле.
Когда все рассаживаются, Платон неожиданно просит слова. И даже
просит Жамах переводить для Евражки.
- Я буду говорить для тех шабашников, которые работают на
экскаваторе, - громко начинает он. - Экскаватор - машина могучая и
тяжелая. Заденет - мало не покажется. Поэтому какая главная задача у
того, кто в кабине сидит? Думаете, канаву вырыть? Совсем нет. Главная
задача - никого из людей не задавить! Потом уже - канаву рыть. А что из
этого следует?
Платон делает паузу и оглядывает всех собравшихся.
- Надо смотреть по сторонам, вот что! Перед тем, как за рычаг
дернуть, посмотри, нет ли рядом человека.
Это касается и тех шабашников, кто рядом с экскаватором работает.
Не подходите ближе, чем на десять шагов, если экскаватор землю роет. А
если увидите, что кто-то подошел, отведите в сторону.
- Правильно говоришь, Платон, - выкрикивает с места Вадим. - Один
раз живем. Глупо будет, если тебе экскаватор сослепу голову снесет!
- Или поперек переедет! - подхватывает Юра.
Геологи шумят, весело переглядываются. Видимо, вспоминают что-то.
- Ша, урки! - прикрикивает на них Платон. - Если кто видит, что на
него прет экскаватор, отскакивайте и вопите во все горло.
- Что вопить? - подает голос Толик.
- Неважно, что, главное - погромче. Лучше всего - "Стой!". Вопить
надо не со страха, а чтоб тот, кто в кабине сидит, услышал. Я сказал.
Платон садится, а охотники и геологи еще некоторое время обсуждают,
что будет с человеком, если его экскаватор поперек переедет. Сходятся на
том, что Платон прав. Мало не покажется.
Утром Света под восхищенными взглядами ребятни махает гирями. У нее
это так легко получается, что кажется, будто и на самом деле просто.
Кремень попробовал.
- Ну, знаете, - говорит он нам, - эта баба сильней экскаватора.
Закончив махать гирями, Света бежит до моста и обратно. Низачем!
Просто так. Побегать ей хочется, силу девать некуда. А под конец лезет
в реку. В холодную-холодную воду. При этом визжит так, будто ее туда
силой затаскивают. Чудики - они во всем чудики.
Потом у Светы начинаются трудовые будни. И у Мечталки - тоже. Потому
что Света из нашего языка пока всего сотню слов выучила. Вот Мечталке и
приходится помогать и переводить. Учит Света всех. И охотников, и детей,
и девок, и бабок. Кто придет, тех и учит, никого не гонит.
Лучше всего дело идет у меня и у Жамах. Мы русский знаем. Потом - у
детей. Они тоже от Ксапы много слов нахватались. Мечталка - не в счет.
Она, оказывается, уже давно читать умеет. Читать, вообще-то, просто. Надо
только буквы знать. Ну, еще многие слова пишутся не так, как надо. Мы
говорим "щас", а пишется "сейчас". Говорим "дожьжьи", а пишется "дожди".
Поэтому писать намного труднее, чем читать. Да еще надо все буквы хорошо
помнить. Когда читаешь, взглянул на нее - и вспомнил. А если пишешь, так
не получается.
Из-за того, что писать у нас пока плохо выходит, мы посылаем Ксапе
звуковое письмо. То есть, Света дает нам диктофон, и каждый говорит то,
что хочет сказать Ксапе. Потом мы относим диктофон Сергею, и он передает
ФАЙЛ в больницу. Чего я не понимаю, говорили мы долго, а Сергей в один
момент передал. Я спрашиваю его об этом, он говорит, что сжал наше письмо.
И руками при этом показывает, будто снежок лепит.
- Ксапа расправить-то файл сможет? - на всякий случай уточняю я.
- Да без проблем! Мы всегда так делаем.
Я все равно мало понимаю. Вернется Ксапа - расспрошу.
- ... Отсюда топливо по этим трубам попадает в топливный элемент.
В нем оно сгорает по-тихому, но зато образуется много электроэнергии.
Электроэнергия идет на электромотор, который крутит несущий винт. Ну,
понятно?
- Понятно, что так просто это не понять. Вот эта штука крутит винт,
так?
- Так.
- А сила идет из этой толстой бочки?
- Да. Из топливного элемента.
- А в него течет та вонючка, которую мы из бочек наливаем.
- Правильно!
- Так куда вонючка девается?
- А куда в костре дрова деваются? В дым превращаются! Вот в эту
дырку дым вылетает.
- Ну да... В дым, тепло и свет... Так электричество - это свет или
тепло?
- Электричество - это такая штука, которую можно превратить и в
свет, и в тепло, и в силу, которая наши машины двигает. Это такая удобная
сила, которую легко и просто преобразовать во что-то нужное и полезное.
- Ну ни фига себе! Это надо переварить. А посмотреть на электричество
можно?
Сергей на секунду задумывается.
- Недавно гроза была. Молнии видел? Это дикое природное
электричество. Я не знаю, как лучше объяснить.
