— По ряду причин. Во-первых, другие тролли поймали бы меня и вернули назад, а то приставили бы к еще худшему делу. Кроме того, троллю вообще трудно найти работу — мостов на всех не хватает. А без полезного занятия недолго и с тоски зачахнуть.
Неожиданно Глоху в очередной раз осенило. Если эта дорожка, как и две предыдущих, никуда не вела, у них не оставалось другого выхода, как отправиться на предсказанную встречу с Конпутером. И вот как раз в этот момент им попадается очень порядочный и не очень довольный своей судьбой тролль. Возможно, это не случайное совпадение.
— А как бы ты поступил, будь у тебя выбор? — осторожно поинтересовалась Глоха.
— Ну уж ясно, что плоты с мостов гонять бы не стал, — отвечал Тристан, — Куда больше обычных меня интересуют мосты к знаниям. Моя мечта — заняться обработкой информации. Но кому есть дело до мыслей тролля?
— Значит, ты предпочел бы умственный труд физическому, хотя твое тело больше приспособлено для грубой работы?
— А какая радость иметь такое уродливое тело? — буркнул Тристан. — Мне, конечно, деваться некуда, но на месте столь красивых существ, как вы, я вовсе не стал бы говорить с зеленым страшилищем.
— Ну, у нас путешествие с приключениями, которое мы не торопимся завершить, — сказала Глоха. — Во время таких путешествий много с кем приходится встречаться, и ты не такой уж противный. К тому же мне кажется, мы можем сделать для тебя что-нибудь хорошее.
— Не стоит рисковать! — встревожился тролль. — Добрые дела наказуемы, и порой за такие поступки приходится платить очень дорого.
— Но их следует совершать вне зависимости от цены, — заявил Трент, покосившись на обеих девушек. — Глоха, я приметил, что в твоей голове промелькнула идея, довольно яркая. Так?
— Мне подумалось, что Тристан мог бы стать помощником Конпутера. Раз Путер теперь не злой, то почему бы ему не обзавестись сотрудником, заинтересованным в такого рода деятельности?
— Да, теперь ведь ясно, что с Конпутером нам не разминуться, — кивнул Трент. — А он, хоть нынче и не злой, на некоторые каверзы по-прежнему очень даже способен. Так что возможность договориться с ним о взаимных услугах нам отнюдь не повредит.
— Нам придется оказать ему услугу, чтобы он взял Тристана?
— Напротив, — с улыбкой отозвался волшебник. — Это Путеру придется оказать нам услугу в благодарность за помощника.
Губки Глохи сложились в маленькое «О».
— О! — сказала она.
Трент обернулся к троллю.
— Тристан, я волшебник-трансформатор и могу превратить тебя в кого угодно. После этого мы отведем тебя к Конпутеру и предложим ему в качестве помощника. Какой облик ты хотел бы принять?
— О, да меня что угодно устроит. Хоть жуком сделай, я только спасибо скажу.
— Ладно, пока станешь
— Садись на кого-нибудь из нас и держись покрепче, — сказал ему Трент. — И никуда не улетай, не то потеряешься, и я уже не смогу превратить тебя ни в кого другого.
Жучок подумал, погудел и пристроился в волосах Глохи.
— Хххххммммм? — осведомился он.
— Порядок, — согласилась Глоха. — Езжай там. Ты мне не мешаешь, если только не станешь… — она замялась, поскольку стеснялась говорить о выделениях, даже и у жука.
— Ннннмммм! — клятвенно заверил ее Тристан. Он обещал сохранить ее славные шелковистые волосы в безукоризненной чистоте.
Оставив плот на мосту, они вернулись к развилке и, уже не колеблясь, зашагали по тропе, ведущей к Конпутеру. Тропа оказалась зачарованной, и потому, хотя пещера Конпутера находилась довольно далеко, они оказались там очень скоро. Однако стоило им приблизиться к пещере, как земля содрогнулась.
— Землетрясение! — воскликнула Синтия.
— Нет, — возразил Трент. — Это шаги невидимого великана. Он работает у Путера.
Словно в подтверждение слов волшебника поблизости появился отпечаток гигантской ступни. Два попавших под нее дерева вмялись в землю как былинки, а огромный валун — как песчинка.
— Он нас расплющит! — испугалась Глоха.
— Не думаю, — успокоил ее Трент. — Его задача состоит в том, чтобы загонять случившихся рядом путников в пещеру. Если, конечно, кто-то попытается пройти мимо. Но нас-то загонять не надо, наш путь и так лежит туда. Взлети к его голове и скажи ему, что мы идем к машине по доброй воле.
— Но я не вижу никакой головы.
— И не надо. Лети вверх, пока не ощутишь его дыхание. Там и будет голова.
Глоха поднялась в воздух. Взлетела и Синтия, которая, что бы там ни говорилось об отсутствии у гиганта дурных намерений, чувствовала себя не совсем уютно у него под ногами. Этакая громадина может раздавить кого угодно, и не со зла, а просто не заметив.
Но стоило девушкам подняться выше верхушек деревьев, как на них налетел ужасный ветер. Ужасен он был не только своей силой, но и тем, что нес такой смрад, будто по пути ему попался воз протухшей капусты. Жучок на голове Глохи закашлялся и стал задыхаться.
— По-моему, мы у цели, — пробормотала Синтия, затыкая нос. — Но я больше не могу, — ее снесло в сторону.
